Капитанская дочь

Капитанская дочь мило так улыбалась,
И порыв не держа, и мандраж не уняв,
Стал я к ней приставать, а она отстранялась,
Грудью томна дыша,
           мне в глаза не смотря,
                к себе взгляд приковав.
Закружив её в вихре парящего вальса,
В полумрак уводил, с глаз долой от гостей
И шептал о любви, разжигая ей страсти,
А она раскраснелась от этих речей.

Снег унылый скрипел, вышел путь мне по тракту,
Капитанская дочь, в бричке ехала там,
Душегубы за нею неслись, как де-факто,
Я на выручку вмиг,
             как увидел тот гон,
                поскакал по следам.
И клинком рассекал, уложив лиходеев,
От разбоя спасая её в тот же миг,
Как узнала меня, стала повеселее,
Нежный отклик у ней ко мне сразу возник.

Вот настала весна, распустилась аллея,
У знакомых в гостях нас судьбина свела,
Где по комнатам разным хозяйка лелея,
Да утра отдыхать
             в окончание дня
                всех гостей призвала.
Но едва дом умолк, шёл я к двери заветной,
Капитанская дочь, мне открыла в ночи,
Страстно слились мы с ней под луной неприметной,
До утра выгорая, как пламя свечи.

Мчались дни чередой, пролетали недели,
Она жила в тоске у родительских стен,
Всё ждала сватовства, щёки аж побелели,
Вся в себя уходя,
           не дождавшись ответа,
                томивший как плен.
А поручик молчал, позабыв про объятья,
И не шёл он к отцу за моею рукой,
Пренебрегши моралью честного понятья,
Дальше жить продолжал, не теряя покой.

По аллее цветов, как-то я проходила.
И поручик вдруг там, как влюбившийся вновь,
С васильками в руках и накидкой шиншиллы,
Только не для меня,
                не со мною на встречу,
                другая любовь.
Целовал руки той, мадмуазели влюблённой,
И скользнул лишь слегка взглядом мимо меня,
Слёзы вдруг потекли от обиды рождённой,
Побежала стремглав,
                бредя словно во сне,
                свою участь кляня.
Вот и мост над рекой, гложет стыд от позора,
Растоптал он любовь её всю до конца,
Она бросилась вниз, не приемля такого,
И река поглотила её без венца.

Ах, дочка капитанская, в руке платочек беленький,
От всех сокрыла навсегда боль девичью в реке,
Она любовь свою ждала, а не романчик серенький
И смолкла жизни песнь её в отчаянном прыжке.