Иван Бунин. Призма собственных представлений

Прочитал на днях сборник стихотворений Ивана Бунина. Естественно, я смотрел на каждую строку через призму собственных представлений. Мистическая аура классика, «великого поэта» не имеет для меня никакого значения. Что Бунин, что Пушкин, что любой современный автор. У всех одни и те же ошибки и огрехи, слабые и сильные стороны.

Я не критикан и не люблю критиканства. Разругать любого выдающегося человека несложно, но я усматриваю в этом пошлый и самый дешёвый способ самоутверждения. Со своих субъективных позиций я подчёркиваю и удачи, и неудачи, памятуя, что «художника следует судить по законам, им самим признанным». Я подошёл к Бунину со своей меркой и совершенной безапелляционностью.

Бьёт в глаза засилие кратких форм прилагательных и причастий. Будь это мои сочинения, я бы обводил и вычёркивал. «Я молод был, безвестен, одинок». Звучит «я молот был». «И враждебен мой ямщик молчащий», «От зноя травы сухи и мертвы» (травы суки), «Как сонны эти плоские черты», «И был он страшен, непонятен, таинственен, как этот бег», «Пусть будет светел их весенний день», «Но в душе – всё веселей! Я люблю, я молод, молод», «Я одинок бежал», «И, зноем истомлён», «И, сердцем чист» и так далее.

«Звёздами осыпан чёрный сад». «Осыпан» – краткое страдательное причастие, производное от глагола «сыпать», «осыпать». Действие совершается над предметом, в данном случае садом. Нехорошо.

«Долог зимний вечер» – краткая форма от «долгий». «Грустен тихий взгляд».

«И острый Сириус блистал». Свой человек! Ориентируется в ночном небе. «Блистал» – поэтизм, рискованно. Употреблять дозированно, по необходимости.

«Раскрыты были небеса». Страдательный залог во всей красе. Очень плохо.

«И по горам, к вершинам белым, шли тёмно-синие леса» Мощно. В реальности леса не гуляют, образ строится на сознательном искажении физических реалий.

«Зеленоватые небеса», «изумрудные ледники». Перебор красок и оттенков, что всегда плохо. Не годится поэту лезть в живописцы, оттенки расписывать, да ещё красивости изумрудные нагромождать. Синих лесов на всё стихотворение было бы достаточно.

Каменная Баба, «дикое исчадье древней тьмы», «несмело улыбается». Нелепость. Несмело улыбаются робкие девочки. Из следующей строки мы узнаём, что Баба, оказывается, была Громовержцем. Это уж совсем чепуха, какая-то каша из языческих культов и гендерных ролей. Где скифские бабы и где греческий Громовержец! Баба никогда не была мужчиной!

«В испуге бьётся меж ветвей,
Тоскливо стонет и рыдает,
И тем тоскливей, тем грустней,
Чем человек больней страдает»

Нагромождение сравнительных степеней прилагательных. Глагольная рифма рыдает-страдает в качестве концовки. Плохо и то, и другое.

«Как туман, бела её одежда»

Рифма отдыхая-потухая в качестве концовки абзаца. Хуже нет, чем рифмовать деепричастия. Оправдание разве что в совпадающих согласных в корнях дых-тух.

«Но отчего мой домик при огне стал и бедней, и меньше?» Сравнительные степени прилагательных.

«О, я знаю, он слишком стар» Ты не стар, ты superstar! Тот случай, когда краткая форма является омонимом и звучит как другое слово, совершенно неуместное в общем контексте.

«Окно открыто» Краткое страдательное причастие среднего рода.

«Стар сторож, стар! И слаб, и видит плохо» Опять star.

«Кто добром разбойника помянет? Как-то он на Страшный суд предстанет?» Риторический вопрос и глагольная рифма в качестве концовки, что плохо вдвойне.

«Дом был стар, как терем у Кощея»

«Курган разрыт», «Но лик сокрыт» Перебор кратких страдательных причастий.

«А кустарник шумел, шелестел». Два сказуемых, относящиеся к одному подлежащему. По-моему, любому предмету полагается только одно действие в текущий момент времени.

«Но страшен миг, когда стремленья нет». Краткое прилагательное и отрицание в последней строке, что плохо вдвойне.
 
«Лишь слову жизнь дана». Страдательный залог. Всегда плохо.

«Да всё белей, светлее на восходе» Сравнительная степень прилагательного, выражающая процесс, изменение. Не по вкусу мне этот «белей».

«Ужели сказочке конец?» Риторический вопрос, последняя строка. Плохо для концовки.

«Поэзия темна, в словах не выразима» Сразу две краткие формы: прилагательное и причастие.

«Что жизнь, как степь, пуста и велика».

«Кровав и мутен ярый взор, оскален клык, на шее цепь».

«Но бога нет – кому карать?» Вопрос базируется на спорном утверждении.

«Будь доверчив, кроток и спокоен» Неудачная рифма «балконе-спокоен» 1918 г.

«колосья-спросит» С 1918 года появляются мусорные рифмы с лишним согласным. Раньше Бунин оставался в границах точной классической рифмы. «эти-ответить»

Сомкнулась степь синеющим кольцом,
И нет конца её цветущей нови.
Вот впереди старуха на корове,
Скуластая и жёлтая лицом.
Равняемся. Халат на вате, шапка
С собачьим острым верхом, сапоги…
— Как неуклюж кривой постав ноги,
Как ты стара и узкоглаза, бабка!
— Хозяин, я не бабка, я старик,
Я с виду дряхл от скуки и печали,
Я узкоглаз затем, что я привык
Смотреть в обманчивые дали.
 
Снова гендерная путаница. Хозяин старика бабкой назвал!

«Заблещет звёздный щит Стожар» Стожары – Плеяды, астеризм в созвездии Тельца.

«Ещё ранние птицы не пели, Чуть сереют вверху небеса, Влажно-зелены тёмные ели, Пахнет летнею хвоей роса». Русских поэтов всё время тянет что-то живописать, расписывать в красках и оттенках.
 
«Ещё и холоден и сыр» Отвратительные краткие формы. При чём здесь сыр?!

«Норд-остом жгут пылающие зори.
Острей горит Вечерняя звезда.
Зелёное взволнованное море
Ещё огромней, чем всегда».

Норд-остом значит северо-востоком. Что значит жечь северо-востоком, не понятно. Вечерняя звезда – Венера. Острей, огромней – нехорошо.

«Звезда дрожит алмазом». Алмазы сами по себе не дрожат. Алмазом можно сиять или сверкать, но уж никак не дрожать.

«Кора груба, морщиниста, красна, Но так тепла, так солнцем вся прогрета» Нагромождение кратких форм прилагательных, в предложении выступающих в роли сказуемого. Для кучи краткое страдательное причастие «прогрета».

«Как нежны на алеющем закате
Кремли далёких синих облаков!
Как вырезаны крылья ветряков
За тёмною долиною на скате!»

«Нежны» – не нравится. «Вырезаны» – краткое страдательное причастие, плохо. Кто вырезал?

Мечтай, мечтай. Всё уже и тусклей
Ты смотришь золотистыми глазами
На вьюжный двор, на снег, прилипший к раме,
На мётлы гулких, дымных тополей».

«Ты вспоминаешь то, что чуждо мне». «Чуждо» в зависимости от контекста может быть кратким прилагательным или наречием.

«Что надо ещё? Возможно ль блаженнее быть?» К корням надо-нужно, мог-можно следует относиться с большой осторожностью. Иногда они превращаются в сорняк, требующий прополки. Риторические вопросы – маркер высокого стиля и «поэтического языка» в духе позапрошлого столетия. Плохо, на мой вкус.

«Вот снова ночь. Над бледной гладью Понта
Юпитер озаряет небеса».

Понт – Чёрное море. «Понт Эвксинский» значило по-гречески «море гостеприимное». Поэты используют архаизмы по нескольким причинам: 1. Из-за дефицита рифм  2. Чтобы расширить свой активный словарь  3. Ради сохранения стихотворного размера  4. Желая выразить ироничное отношение к предмету  5. Сознательно имитируя высокий стиль прежних веков. Понт удачно рифмуется с горизонтом.

«В поздний час мы были с нею в поле.
Я дрожа касался нежных губ…
Я хочу объятия до боли,
Будь со мной безжалостен и груб!»

Не нравится мне эта безжалостная грубость, причём ни в литературном аспекте, ни в жизненной ситуации. Робкий любовник попросту сбежал бы от этой страстной распущенной женщины с мазохистскими наклонностями.

«Юпитер озаряет небеса» «Озарён был сумрак мрачный» 1901 г. Если какое-то слово привязалось и прыгает из текста в текст, следует обратить на это внимание и принять меры. «Озарён был» плохо само по себе.

«Так ярко звёзд горит узор, Так ясно Млечный Путь струится». Впечатляющая астрономическая картина.

«Тревожна ночь осеннею порою – Рассвет ещё тревожней и шумней».  Перебор кратких форм и сравнительных степеней прилагательных.

«Бледна приморская страна,
Луною озарённая.
Низка луна, ярка волна,
По гребням позлащённая».

Бледна, низка, ярка – плохо.

«Ты весела, свободна и проста» Всё то же.

«Как ясен зимний день». Звучит «как ясень»

«Что впереди? Счастливый долгий путь», 1922. Автору 51 год. Удивительный оптимизм!

Я к ней вошёл в полночный час.
Она спала, – луна сияла
В её окно, – и одеяла
Светился спущенный атлас.

Она лежала на спине,
Нагие раздвоивши груди –
И тихо, как вода в сосуде,
Стояла жизнь её во сне.

1898 (27 лет) Восемь строк, точная охватная рифма, специфическая бунинская эротика, лирический шедевр.

30. 09. 2026