Элита Древнего Рима

Капитолийская волчица, «Матерь римлян»,
вскормившая младенцев молоком,
рождённых в приключении большом,
провиденьем Юпитера хранимом.

Сложилась не из воинов, - сенаторов.       
Землёй патриций был богат
и потому вошёл в сенат,
в аристократию ораторов.

Легаты, консулы, трибуны,
народное собрание, сенат
в основе Римского могущества лежат,
как и творенье уний.

И главное, святое учреждение: 
железная сменяемость властей;
и не было из принципов нужней,
до буквы разделение.

Профит торговый, земледельческий,
с товарами и знаний прикупил,
в гражданскую систему превратил
закон земли рабовладельческий.

Мужи со славой, мыслили системно
и были наблюдательны, умны,
пред эго не были жадны,
основы жизни правили семейно.

Так подфартило Риму,
элитный заложил закон,
не без интриг, поставивший заслон
брутальному режиму.

Разгромы, бунты, катастрофы,
вставал и падал, падал и вставал,
республиканский строй удар держал,
одолевая общим делом все голгофы.

И было два союзника,
два брата: принцип и закон,
священный их огонь
нёс Принципат, несла Республика.

Имперские понты – не удержаться,
завоевать – не победить,
рассудком здесь не оценить,
в самогипнозе - расширяться.

Mediterranean - Paх Romana,
великий «Римский мир»,
и вдруг пространственный эфир
меняет ход божественного плана.

Не туника сенатора, не ритор -
в сенате появились щит и меч:
репрессии, проскрипции изречь.
Исчез в сенате выбор.

Победоносный Сулла, Марий,
не на сенат, не на закон,
поставили расчёт на легион,
как аргумент, инструментарий.

А дале принцип стал законом,
сменилась плоть её и кровь,
имперским двигаясь каноном,
копя ярмо грехов, врагов.

Диктатор, «Вечный город»,
и император, прихоти судьбы,
телохранители грубы
и ставят однодневок и шестёрок.

Корысть людей вооружённых,
ещё лояльность войск,
да прокуратор для зачистки беспокойств,
«божественных правителей» введённых.

Заложница амбиций полководцев,
проклятие присвоенных пространств,
между Сенатом и народом срыт баланс,
свои проблемы звать решала инородцев.

Патрицию комфорт важнее долга,
а должность есть возможность воровства,
корысть к идее общего черства,
и тешет мыслью: это всё надолго.

Всё покупалось – продавалось,
предательство есть жизненный залог
и сам себе писал Рим эпилог,
времён единство распадалось.

Идеи, принципы, законы
сменили выгода и меч
и воину смешна о праве речь.
Рим угасал и бунтовали легионы.

Империи искали покупателя,
исчезла сущность, кучились слова,
меч добывал себе права,
линял сенатор в обывателя.

Сгибался Рим не от врагов снаружи,
гниль источалась изнутри
и готов короли
входили в Рим с его оружием.

Наемник - варвар пограничья,
презрев сенаторов публичные слова
и заодно гражданские права,
козу пасёт в своей добыче.

                2026, 11 марта