Творец

Наверное, Творец настраивал этот мир ночью, при свете дрожащей свечи. И никуда не спешил.

Он привязал к каждой звезде по крошечному серебряному колокольчику. Его звон такой тихий, что сложно услышать даже с очень хорошим слухом. Чем -то похож на звон серебряной ложечку, задевшей край чашки в соседней комнате.

Ветру выстругал из тростника дудочку, и тот до сих пор насвистывает на ней над речкой, а ласточкам... Ласточкам дал такую сильную память о родном карнизе, где они впервые открыли глаза, что они находят его и за тридевять земель.

А людям под самое сердце, он натянул струну ... тоньше паутинки, на которой дрожит роса под солнечными лучами.

Другой ее конец привязал к колокольчику на звезде и шепнул: почитай отца твоего и мать твою.

Почитай маму и ее теплые ладони, которыми она лечила твой жар: подует на лоб, пошепчет что-то ласковое, и болезнь уходит.

Почитай папу, на чьих плечах можно было дотянуться до луны и потрогать ее, теплая ли, и его колыбельную, где он фальшивил на припеве, и серенького волчка, который приходил на эту песню, садился у кровати и до утра сторожил твой сон.

Почитай их и теперь.

Когда мамины руки стали легкими, как сухие лепестки, и жилки на них проступили голубыми ручейками. Когда папа в третий раз спрашивает по телефону, какая у тебя погода, и сам над собой смеется.

А по вечерам они ставят на окно лампу, и она светит в темноту, будто большой светлячок, которого посадили освещать для тебя дорогу, хотя ты обещала приехать только в субботу.

Можно, конечно, жить и по-другому: обидеться, годами не звонить, забыть номер, который когда-то знала наизусть. Ничего не случится, небо не обрушится.

Но

Есть одно большое НО

Твоя струна потихоньку ослабнет, и колокольчик на твоей звезде замолчит. Будет дом, будет хорошая работа и елка под Новый год, но счастья... счастья в душе не будет

потому что нарушен закон, по которому настроен мир.

А потом как-нибудь вечером ты наберешь их номер просто так

- Алло? – мама всегда чуть пугается поздних звонков, и сразу, другим, растаявшим голосом: «Родная моя…»

И струна под сердцем дрогнет, а высоко над крышей, на твоей звезде, тихонько звякнет колокольчик.