Любимая сатира

Теперь всё лечится. Возьми любой недуг:

хандру, бессонницу, экзистенциальный ужас,
или когда в груди внезапно стало уже,
чем в пригородном поезде на юг —
аптекарь, равнодушный, как Харон,
протянет блистер с розовым овалом, и то,
что прежде вечностью зияло, сожмётся до размеров макарон.

Достигла медицина тех высот, где серотонин — разменная монета.
Глотаешь капсулу цвета сухого лета,
и пустота внутри уже не жжёт.
Не нужно больше вспоминать про то, как
дождь стучит в холодную брусчатку;
достаточно принять с утра облатку,
чтоб превратиться в бодрое ничто.

А если спросишь: «Кто тому виной?
Откуда эта ржавчина в гортани, и почему рассудок на диване
лежит, как вещь, забытая женой?» —
тебе ответят, глядя в потолок, соседи, телевизор, терапевты,
что корень зла вписался в эти сметы
простейшим образом, как школьный мелок.

Во всём, конечно, виновата Сеть:
мерцающий экран, вай-фай в прихожей,
где каждый с фотографией не схожей
готов тебя заочно пожалеть. И эти игры —
эльфы, танки, кровь, стрельба по пикселям
в четвёртом часу ночи, где мальчик, избегая многоточий,
меняет на джойстик прежнюю любовь.

Ну и, само собой, куда без них — без тех,
кто за границей на юго-запад приватизировал и снег, и запах,
и в целом портит этот нервный стих.
Ведь если в кране не течёт вода, а в голове гудит сквозняк осенний —
виновны интернет, приставки, тени
соседей по географии. Всегда.

Так проще жить. Запей водой драже —
лиловое, в желатиновой рубашке.
Пускай в груди не бабочки, а шашки,
и время замирает в вираже. Спи, человек.
Твой враг определён, рецепт подписан, простыня нагрета,
и в синем свете вредного рунета ты,
в сущности, практически спасён.