Касты и этика. Оружие

О восприятии наличия оружия в доме.
Будь то холодное или огнестрельное, оружие всегда будет требовать ответственного отношения к владению и пользованию. Если владелец не достаточно ответственен, такие вещи представляют опасность. В части стран даже для хранения и коллекционирования холодного оружия нужна лицензия. С огнестрельным всё ещё строже. ...Правохранительным органам и так хватает проблем с криминалом, большая часть которого вообще не связана с применением запрещённого оружия. Добавлять к этому ещё один отягчающий фактор им совсем не в радость.
Контроль распространённости оружия среди граждан со стороны правохранительных органов - разумный прагматизм. Им надо понимать, какова вероятность использования оружия при каких-либо чрезвычайных ситуациях. Учитывая случаи применения оружия психически больными людьми, к которым оно попасть не должно было, такой контроль более чем необходим. Чиновникам, ответственным за разрешение кому-либо владеть оружием, стоит учитывать, что не всех психов возможно выявить за одну короткую встречу. Не все правдиво объяснят свои цели. Некоторые будут сочинять что-нибудь оправдательное, а после применят по своему усмотрению (явно криминального характера).
Даже, если того, что считается оружием по закону, у потенциального преступника нет, то среди бытового инвентаря наверняка найдётся что-то подходящее. Если в доме есть оружие, то вероятность его применения ниже, чем у любого другого острого предмета, который может оказаться в быстром доступе. В случае огнестрельного будет смущать лишний шум, в случае длинноклинкового стеснённое пространство или повышенная заметность при ношении вне дома. Бытовой инвентарь будет наиболее вероятен для применения в противозаконных целях.Но скатываться в законах до паранои и запрещать продажу всего режуще-колющего тоже не уместно.

Война ярче всего показывает, кому можно владеть и пользоваться оружием, а кому от этого лучше воздержаться.
Представителям нижних каст владение оружием должно быть сильно ограничено или вообще запрещено. Любое оружие серьёзнее ножа или топора (не хозяйственных) будет негативно влиять на психику владельца. Влияние может быть медленным и почти незаметным, но оно есть. Отрицать этот риск нельзя. Тут как по закону театра - если в пьесе упомянуто оружие, то им обязательно кто-то воспользуется. Так же, если оружием владеет кто-то не достаточно адекватный и сознательный, велика вероятность противозаконного применения этого опасного предмета.
Брать в армию кого попало равносильно нанесению умышленного ущерба своим же согражданам. Представители нижних каст после армии часто становятся проблемными. Их психика к этому не приспособлена. К тому же, оружие стимулирует в них гордыню, а не повышенную ответственность (как это должно быть). Так повелось, что подавляющее число солдат - выходцы из нижних каст. Отсюда множество последствий с криминализацией бывших вояк. Война ожесточает и выбивает из нормальной жизни. Представители нижних каст ещё не находятся на том духовном уровне, чтобы переключаться из мирного в боевой режим и обратно по мере необходимости. Пытаясь вернуться в мирный режим существования, они застревают где-то посередине. Война их ломает безвозвратно.
Армию не набирают исключительно из воинов с некоторым вкраплением духовенства (для тех задач, где нужны соответствующие душевные качества). В этом случае численность вооружённых сил была бы символической в сравнении с той, что получается при обычной системе призыва. Только в военные части, требующие высокой квалификации и психологической подготовки, попадают почти исключительно представители касты воинов. При ведении масштабных военных действий спецназа просто не хватит даже для контроля линии фронта. ...Поэтому масштабные войны всегда ведутся количеством, а не качеством. В первую очередь это вопрос планирования действий и их реализации. Когда министерство обороны оперирует большой армией, то и план составляется в соответствии с теоретическими возможностями имеющегося числа военнослужащих разных специализаций. А если бы армия была малочисленной, то планирование выглядело бы совсем иначе и метод ведения войны тоже был бы иным, акцентированным на точечных операциях по верхушке армии и ключевых объектах экономики противника. В современном случае ещё и кибер-атаки (не только как поддержка, а намного масштабнее, с обрушением максимального числа зависящих от информационной сети систем).

- - -
Я почему-то не встречал в истории ни одной страны, где армия была бы исключительно из касты воинов. Даже если верхушка только из элиты, то в пехоту попадают все, кто подпадают под критерии и план призыва.
Индия, как страна с самым ярким делением на касты, так же не может обойтись при наборе солдат только представителями соответствующей касты.
Японские самураи были в большей степени набраны из простолюдинов, а не из воинов (которые составляли от силы не больше четверти всей армии). Хоть самураи и позиционировали себя как воинское сословие, но реальных воинов там было не особо много.
Из-за этого получалось так, что уровень криминала между ведением боевых действий резко возрастал. Настоящий воин себе такого поведения не позволит, а у законно вооружённого торговца или ремесленника с самодисциплиной всё намного хуже. Это раньше создавало много проблем и сейчас продолжается. Строгие законы могут несколько сдерживать криминализацию бывших солдат, но не подавляют её полностью.
Солдат и воин - не одно и то же. Не все воины становятся солдатами. Лишь часть солдат являются воинами. И вопрос о том, какой процент представителей касты воинов должен быть в армии, чтобы солдаты вели себя корректно, имеет лишь один логичный ответ - 99% (и ещё 1% для духовенства на вспомогательных ролях). При современном способе набора армий это не реализуемо.