Разговор с одноклассником

— Доброе утро!
Мне надо как-то приехать и увезти своё барахло*, которое несколько лет лежит у тебя.
А если приедет твой сын, кто-то из зятьёв, и с такой оказией отгрузишь мои вещи на "Кадышева", будет замечательно.

— Доброе утро! Понял, посмотрим, как получится, потом сообщу.

— В Карши отныне буду приезжать не чаще одного раза в год.
И то – всего только на один день: утром прибуду, вечером – обратно уеду.
День – для посещения могил родителей.
В Хилале, родовом кишлаке, где покоится отец, ни у кого сидеть не буду.
Из-за того, что сейчас, скажем так, живу в диетическом режиме питания.
А любой родственник, ты же знаешь, стоит только зайти к нему, так усаживает и озабочивается кормлением.
Как можно мощнее, жирнее и больше.
Отказываться – невозможно.
Объяснять ещё сложнее.

У меня и раньше бывали периоды, когда я 2-3 недели не покупал и не кушал хлеба.
Но замшелая психология всё-таки не давала покоя, и без хлеба очень скоро после еды приходило чувство голода.

Хлеб не только сам по себе есть неприятель сохранения фигуры более-менее в приглядном состоянии.
Но ещё и притягивает к себе много еды.
В этом он сродни магниту.
Но много сильнее.
Ибо магнит притягивает только железо и сталь.
А к хлебу липнет, так и липнет, можно сказать, любой продукт и любая еда.
А еда для человека – это не только источник необходимых соединений, веществ, элементов и энергии, но и удовольствие. У нас в Узбекистане это удовольствие – чуть ли не единственное для немалой части населения. Потому женщины этой самой части, когда им лет 30 и больше, самодовольно выглядят тётками, а мужчины – горделиво носят свои выпуклые, нередко огромные, животы.

Уточнение: есть, конечно, удовольствие, общее для всех живых существ. Узбек ради него ещё больше нажимает на еду. И это вкупе с национальными, религиозными и прочими традициями держит Узбекистан по приросту населения в первой мировой десятке. Ладно бы, если власти таким образом вели бы свою политику и деятельность, что для всех хватало бы работы и зарплаты за неё в родных пределах. Но ведь из-за них же, властей, озабоченных своими доходами и наживами, моя родина превратилась в поставщика рабсилы в Россию, Европу, Корею и другие страны. Нелёгкая участь, ох, как нелёгкая, для гастарбайтеров и членов их семей. Но многим, кто по разным причинам, не едет на заработки в загранку, ещё тяжелее.

У меня, ты знаешь, кроме еды, есть и другие занятия и удовольствия: ежеутренние тренировки, каждодневная озабоченность "зудом пера", работа над "выческами", их публикация и т.д. и т.п.

И всё-таки!

Вот я больше трёх недель не кушаю хлеба.
И теперь, кажется, удалось пересилить, изменить свою психологию, традиционную для подавляющего большинства людей.
И теперь питаюсь весьма облегчённо.
И нет упрёков и требований со стороны моего желудка: «Ты, чё, скупердяй?! Почему зажимаешь?! Зачем?! Дай пожрать!».
И чувствую себя отлично!

ПОТОМУ-ТО МНЕ И НЕЛЬЗЯ БЫВАТЬ У КОГО-ТО В КАРШИ И ХИЛАЛЕ!

И дальше – так и буду жить!

17 октября 2026 года.
--------------------------

*Барахло-то, конечно, барахло, но определённую ценность имеет: компьютер Compaq Pentium (процессор, монитор, клавиатура, колонки, мышка), матричный принтер Epson, чемодан номеров журнала «Огонёк» времён Перестройки М.С. Горбачёва, 40-литровая кастрюля, резиновые сапоги (четыре сезона созревания винограда сорта «Изабелла» в палисаднике перед двором одноклассника я делал вино).