Дворовой катарсис

Я мчался вдоль гранитной пелены,
Где шпиль Адмиралтейства режет тучи,
От Невского, где царские огни,
Туда, где арки сумрачны и кручи.
Я завернул в глухой кирпичный двор,
Где время спит, застрявши в подворотне.
Там, у стены, ведя пустой свой спор,
Сидел народ — бездомный иль субботний.

Здесь пьют не воду — «огненную смесь»
Из жестяных, измятых горлышков.
И сигаретный едкий, сизый взвесь
Плывет средь сохнущих пеленок, ковриков.
Днем здесь витает дух былых времен:
Интеллигенция, очки, седая челка,
Здесь каждый камень в список занесен,
И гид кричит, как на базаре тетка.
Здесь жизнь течет чинно, напоказ,
Скрывая трещины под слоем свежей краски.

Но меркнет день. И вот — иной экстаз.
Слетает маска, спадают с лиц все маски.
Из окон — бас, шальная, злая дробь,
Ревет бумбокс, басы сбивая в крошку.
И хочется здесь всё пустить вразнос,
Сломать перил заржавленную ножку.
Пусть всё летит к чертям, верх дном, вразнос,
Срывая с петель ржавые засовы!
Здесь мой вопрос, мучительный вопрос
Спешит сорваться с губ, сорвать оковы.

Я прохожу, вдыхая эту гниль,
И эту прелесть, горькую, как хина.
Здесь чья-то жизнь — истертая полынь,
А чья-то — лишь пустая гильотина.
Здесь столько судеб, втиснутых в квадрат,
В слепую клетку питерского свода.
Здесь тени тех, кто не пришел назад
Из ледяного рокового года.

О, сколько их, поэтов и бродяг,
Топтали эти черные ступени!
Их дерзкий дух, их истлевавший стяг
Еще живет в сырой дворовой тени.
Их смех застрял в разбитом витраже,
Их плач впитался в плесень штукатурки.
Я здесь стою на роковой меже,
Сжимая горло собственной фигурке.

И я стою, случайный пешеход,
Смотря на двор, как в зеркало былого.
Здесь мой двойник, мой вечно пьяный сброд
Ищет в ночи единственное слово.
И в этом крике, тонущем во мгле,
В дыму дешевых, едких папиросок,
Я узнаю себя на всей земле —
Бесприютный, сумрачный подросток.
Я сам — лишь эхо в каменной тюрьме,
Ненужный гость, отбившийся от стаи.
Мой дух горит в том питерском дворе,
Себя в чужих пороках узнавая.

Пусть катится всё в бездну, кувырком,
Сметая лоск парадного фасада!
Я здесь дышу отравленным глотком,
И этой мгле моя душа лишь рада.
Здесь всё — моё: и этот пьяный гам,
И этот свет в слепом оконном глянце...
Я этот двор, кляня, тебе отдам,
Чтоб ты могла в нём навсегда остаться.