В дождь

Нет лучше ничего, в такой вот дождь,
Не вылезать и вовсе из постели,
Хоть ты меня сегодня в гости ждёшь.
Но мне с тобою встречи надоели.

В них – практицизм, в них вовсе нет огня,
Который мне при встрече каждой нужен.
Ты, в выходные, просто ждёшь меня,
Готовя, нам с тобой, совместный ужин.

Потом – совместный вечер и постель.
А утром – у тебя салон и йога…
Всё это не любовь, а канитель.
Её и так на свете слишком много.

Нет, я к тебе сегодня не пойду.
Скажу, что грипп, лежу с температурой…
И ты поверишь в эту лабуду.
Какою ты, порой, бываешь дурой!

Ты б не пришла, мне снадобье неся,
От смерти чтоб спасти, в барак холерный.
Тебе нельзя болеть, совсем нельзя!
А грипп – источник смерти эфимерный.

Переболею, встретимся опять,
Не заражая вирусом друг-друга.
Конечно ты права, но мне – плевать.
Нет хуже равнодушия недуга.

Ну да, тебе совсем нельзя болеть,
Ведь завтра у тебя салон и йога…
Как жить, скажи, когда нельзя гореть?!
Как без огня всё глупо и убого!

Прости, но я хочу побыть с дождём,
Весь день не вылезая из постели.
Мы в гости никого к себе не ждём,
Нам с ним давно все гости надоели.


Мы будем друг за другом наблюдать,
В заплаканный проём оконной рамы,
Тихонечко о чём-нибудь рыдать,
Не доводя, однако же, до драмы

Субботнюю тягучую хандру,
Граничащую с томной, сладкой негой,
Когда вставать не нужно поутру,
Зачем-то и за кем-то глупо бегать,

Когда весь день возможно пролежать,
О чём-то неизвестном тихо плача,
Чего, увы, никак не избежать…
Всё это ничего совсем не значит.

Возможно, я приду к тебе потом,
Когда с дождём оплачем всё на свете.
И мы пойдём куда-то под зонтом,
Грустя о быстро кончившемся лете,

Пойдём, чтоб, под конец, попировать,
Отметив наш развод, и, вдрызг, напиться…
Но, может, всё у нас и разгорится
И будет нас, дождями, согревать,
И до скончанья наших дней продлится.