Только небеса

Зажглись вечерним светом фонари,
Закат горит румянцем от стыда:
Он слышит строки пламенной любви,
Что для тебя слагаю в никуда.
Под окнами стоит старинный храм,
Колокола бьют в нём набат,
За то, что я сочиняю для тебя,
Они укором мне звонят.

Я пьян тобой без капли на устах,
Любовь течет словами из груди.
А песня тихим шелестом в губах —
Всё продолжает за тобой идти.
Пускай не преодолеть твой гранит,
И песня бьется птицей о него,
Мой путь к тебе ещё закрыт,
И небо помнит всё, что не цвело.

Темнеет воздух, затихает шум,
Я снова эту чашу пью до дна.
Из лабиринта полуночных дум
Наружу рвется музыка моя.
Я не могу забыть твои черты,
И знает эту боль лишь высота.
Сквозь расстоянья, стены и мосты
Мой тихий голос трогает уста.

Я пьян тобой без капли на губах,
Любовь течет словами из груди.
А песня тихим шелестом в устах —
Всё продолжает меня к тебе вести.
Пускай так прочен твой гранит,
И песня птицей всё летит в него,
И путь к тебе ещё закрыт,
И небо помнит всё, что не цвело.

Церковный звон молитвой не загасил
Пожар, в котором я сгораю сам.
Никто меня за верность не стыдил,
Лишь только под окнами старинный храм.
Пусть облака несут тебе мотив,
Который я тебе написал.
Любовь свою в него вложил,
Но слышат это только небеса.


Рецензии