Емельян Пугачёв

Над степью дым, и ветер рвёт знамёна,
Гремит набат, тревожа тихий край.
Восстала Русь — не ради зла и трона,
А чтоб хоть миг по-своему дышать.

Емельян клич бросает над простором,
Как гром в тиши, как вспышка средь ночей:
«Мы сбросим гнёт, мы станем вольным хором,
И заживём без барских палачей!»

И тянутся к нему из тьмы и боли
Крестьянин, казак, башкир и работной люд —
Все, кто устал от тягот и неволи,
Кто верил, что настанет лучший суд.

Горят усадьбы, города в тревоге,
Но сталь и порох рушат дерзкий взлёт.
Судьба плетёт безжалостные строки —
Восстанье бьётся, но вперёд не идёт.

По Уралу грохочут пушки грозно,
В дыму и гари тонет горизонт.
Здесь каждый шаг оплачен кровью поздно,
Здесь слышен стон сквозь пороховой фронт.

Бердская слобода — как сердце бунта,
Там правит суд, там пишут манифест.
Но тень расправы ближе с каждой минутой,
И время мчится, словно вихрь, окрест.

А степь молчит, храня былую ярость,
Лишь ветер шепчет имена в тиши…
История сурова и прекрасна —
В ней боль и крик народной души.

И пусть потом река сменит названье,
И стихнут крики, и погаснет дым —
Народ запомнит это испытанье,
Как пламя, что не гаснет вместе с ним.