Юбилей

Уже тысяча лет прошла на Руси,
Как киевский князь дружину крестил.
До этого все поклонялись волхвам,
Всему, что могло бы присниться лишь вам.

Народ верил в ведьму и в разных чертей,
А ведьму увидят – бежать поскорей.
Не знал он Иисуса, молиться не мог
И был у него лишь языческий бог.

А каждый князь верил во всё, что хотел.
Единой же веры народ не имел.
Отряды варягов, потом печенегов
Народ разоряли во время набегов.

Князья разрознённо сражались с врагами.
Другие князья не желали быть с нами.
Отбросив князей этих мнимое чванство,
Владимир решил: нужно всем христианство.

Единая вера, единый всем бог
Построить Россию народу помог.
Крещённая Русь, крещённый народ.
Кто может думать и знать наперёд?

Сейчас христианство нам может лишь сниться.
На идолов вновь заставляют молиться.
А ,,идола-бога” портреты везде:
На фабриках, в школах, нет только в пиз**.

Да ,,идолы” видимо плохо стараются.
Портреты их часто на стенах меняются.
Безбожники делают чёрное дело.
Души у них нет, лишь было бы тело.

Души у них нет, а им всё равно
И церкви пускают под ,,заготзерно”.
Пятидесятников в тюрьмы сажают.
Народа религию унчтожают.

Мы христиане, а не шииты,
Но церкви гвоздями повсюду забиты.
А вспомни войну и сорок второй год.
,,Идолам” нужно сплотить весь народ.

Враг у дверей и разбито корыто.
Вождь просит помощь у архимандрита.
Собрал он церковных служителей бога
И просит у них: ,,Нужна нам подмога.

Мы церкви откроем, протоирей.
Служи-ка молебень за нас поскорей”.
Мавр сделал дело – вновь церкви закрыты.
А службы давно в них уже позабыты.

Народы преследуют, веру и крест,
А церкви откроют – большой в мире жест.
И пусть ортодоксов по тюрьмам сажают,
Но веру свою всё-ж народ не теряет.
И хоть ты свой локоть сейчас укуси,
Без христианства не было-б Руси.
     Борзоф  1988 г.