Жизнь, погоди!..

       ...Некоторые любят повторять: «Живи настоящим, живи сейчас». Будто я не живу! И потом, мало ли что это сейчас выкинет? Оно же ещё происходит! Не состоялось, не устоялось, не устаканилось. Может, потом окажется, что оно и не настоящее вовсе.
       То ли дело прошедшее! Мы же там были, мы всё про него знаем. Если что-то не нравится – не стану вспоминать, и все дела.
Прописку хоть и отменили, а я всё равно прописана в прошлом...

       ...Вот, двадцатилетняя, влюблённая, читаю со сцены Франтишека Грубина, в поэзию которого тоже влюблена:
                Звезду глотает за звездой
                мерцающая даль ночная,
                покой земли соединяя
                с напевом счастья, с песней той,
                что, окрылённая, слетела
                со струн струящегося тела. (...)
                Жизнь, погоди, я сгусток твой,
                глаза и губы, ночь и берег,
                смотрю, люблю, пылаю, верю,
                дай счастья плакать под звездой,
                изборозди жестокосердно
                мое лицо – любовь бессмертна! –
и даже Васильсеич, наш режиссёр, наш препод, ошеломлённо дёргает усом...
 
       ...Вот сказала маме, что голова болит, и осталась дома... а тут забежавшая в гости мамина подружка Рая так меня красиво заплела, так ловко пристроила на эту самую голову испанку – носили мы в классе пятом-шестом такие пилотки, – что пропустить восторги одноклассников я не могла! понеслась в школу... несмотря на...

       ...Вот преподаватель политэкономии вручает мне после экзамена подаренный ему студентами букет: «Не разделяю Ваших взглядов, но уважаю обоснованность и аргументированность позиции»...

       ...Вот глазею на облака, полулёжа в уличной качалке – были такие чуть не в каждом дворе качели немудрящие: две металлические дуги с деревянными сидушками напротив друг друга и настилом под ноги... скоро в школу, но пара недель оставшегося лета примиряют с обстоятельствами... Облака-а-а кажутся утром письмами...

       ...Вот... нет, про это не буду...

       ...Вот зыбаю на руках двухлетнего прихворнувшего Ромку, а он капризничает, требует ещё песенок... а я все уже перепела... сочиняю на ходу:
                В маленьком домике
                жили-были гномики;
                днём они трудились,
                ночью спать ложились...
                Клали на подушки
                розовые ушки,
                закрывали глазки,
                чтоб им снились сказки...

       Не Пушкин, конечно... но малыш мой, убаюканный, засыпает... моё солнышко... роднулечка моя...

       ...Вот... про это тоже не буду, и не просите!

       ...Вот вытанцовываю что-то сумасшедшее в предбаннике сцены, у радиорубки, – там Лёшка зажигательную музыку нашёл... а цыганки – они вечно толпами на индийские фильмы ходили в наш «Металлист» – уставились на меня в полном обалдении... «Научишь меня так?» – спрашивает одна. – А я тебе за это погадаю»...

       ...Вот... это забыла, забыла, забыла!..

       ...Вот прижимаю к груди свой красный диплом, и сокурсники поздравляют меня: «Знаешь, ты – заслужила! Как никто другой. Гордимся тобой! Любим тебя...»

       ...Вот учительница, рекомендуя нам, третьеклассникам, к прочтению какую-то книжку, называет издательство, и я чуть не подпрыгиваю на парте: как! ДЕДгиз! а БАБгиз бывает?.. до самого вечера мозги были набекрень, пока мне не растолковали сокращение...

       ...Вот смотрю на свою новорождённую дочку... Господи, какая же она красивая... и говорю, задохнувшись от счастья: «Майя, козочка моя...»

       ...Вот, распахнув двери в тёмный дискотечный зал, замираю на пороге в лучах света из фойе... и меня встречает хоровое «ах»... ну да, ну да, я была хороша в обнимающем фигуру мини, сшитом мамой, и золушкинских туфельках, привезённых братом из гастрольной поездки...

       ...Вот это... не буду, не буду, ни за что не буду помнить!

       ...Вот вывожу в заветной тетрадке поразившее блоковское: «О, весна без конца и без краю – без конца и без краю мечта! Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую звоном щита!» – очарована, заворожена его лирикой...

       ...Вот перешагиваю через спящих на полу пассажиров; те начинают было возмущаться, но замолкают: уж больно вид снизу фантастический – платье на мне весьма условное... а это Лёнька Грачёв, брата Вити друг, выкрал меня из дому и привёз на грузовике (!) в ночной аэропорт, «кофе попить»... и моими ногами похвалиться...

       ...Вот пишем сочинение с подружкой Шуркой... Ленинград, вступительные... Шурка побаивается, нервничает... а я не очень – у меня ж целая коллекция школьных небывалых «6!»...

       ...Вот как забыть это своё прошлое? ну уж нетушки!..

                Мне есть чем хвастаться и есть о чём жалеть.
                Все краски лета мне даны в подарок,
                лазурь весенняя, осенних парков медь
                и зимний холст, зовуще чист и ярок.

                Спасибо, Жизнь! Лети, теки, тянись –
                вольна ты. Лишь люби меня, как прежде...
                Но на бегу, родная, оглянись –
                с тобой ли я... И силы дай надежде.
________________________________

Картина норвежской художницы Lisa Aisato