Девятый круг - мой ориентир

Спускаясь по ступеням в адскую обитель,
Что-то родное внутри я ощущаю.
Пугают адом с детства, но ведь мы внутри, спаситель?
И этот мир я с каждым шагом ненавижу.
Несу я Церберу кусок своей же плоти,
Чтоб старого дружка порадовать немножко.
Ведь даже адские сущности когда-то родились из света...
Пока Луна пред Солнцем не ушла с порога,
Признав всю силу солнца отраженья,
И эго растворив в секундном пораженье.

Пороками кормлю я тех, кто в адской яме,
Чревоугодия их грех ничем не утолить.
Рвут мою плоть в безумно-слепом порыве,
А я обречен её заново для них растить.

Я — лекарство от твоей затянувшейся болезни.
Помнишь ли, Сократ, как губы твои коснулись чаши в этой бездне?
Признать за исцеление финал на самом лезвии,
Отдав Асклепию жертву — не ироничный ход?
Весь мир — оксюморон, закон его простужен:
Чем больше отдаешь, тем меньше у тебя.
Ища ответ, вопросов только больше получаешь,
Любовь и ненависть завязались в узелок...
Но апатия — вот истинный враг для них обоих,
Она крадет огонь и оставляет пепел строк.

Спускаюсь в самые дебри, мой ориентир — Коцит.
До дрожи, до костей пронзает этот лед,
Но изнутри меня пожар огнем палит.
Ангел, некогда любимый, из толщи тьмы меня зовёт,
Там, посреди толпы, во тьме чужих грехов,
Пытается внедрить в меня свою любовь.

Своим мечом деля черту рассвета,
Бросая дерзкий вызов небесам.
Вскипает Омеги точка, в ней нет света,
Где смысл теряет все, что строил сам.

Пусть царство ледяное души студит,
Сжигает плоть мою — плевать стократ.
Мой скелет, как вольфрам, ад вовек не расплавит.
Я жду, когда последние оковы догорят,
Чтоб запустить свой собственный ад.