Жизнь и смерть Клеопатры. Венок сонетов

 Видео можно посмотреть и послушать по ссылке
https://rutube.ru/video/04548e2f2177507719a6b9d5704bd087/

            I
В тени ветвей, где шепчет древний Нил,
Ладья плывёт сквозь сумраки закатов,
Храня секрет воинственных набатов,
Священный лотос над водой застыл.

Жрецы молились, глядя в мир светил,
Сокрыта истина в священных постулатах,
Предания прописаны в цитатах,
Иероглиф, что печать их утвердил

Сошла Сехмет - богиня белой львицей,
Священный ибис знак подал во мгле,
Александрия встретилась с царицей,

У ног статуй, склонившись к земле,
Верховный жрец к ступням прольёт водицу,
Раскрылся мир пред избранной девицей.

              II
Раскрылся мир пред избранной девицей,
Дано пройти ей бури и раздор,
На трон отцовский обращён был взор
Она взойдёт верховною царицей.

Стезя её - парить над миром птицей,
И в час, когда сгущался мрак и спор,
В расчёт холодный делала упор,
Что бог войны предстанет - она львицей.

Кто мог предвидеть всполох над столицей?
Хоть взор её пронзителен и строг,
Не сталь клинка, а разум - как клинок.

В речах звучит напевный, властный слог,
Что с гор ручей журча сойдёт в поток,
Наскальный знак окрасится зарницей.

            III
Наскальный знак окрасился зарницей,
И тень Исиды встала у дверей,
Народ склонился к статуям зверей,
Жрецы пропели гимны пред царицей!

Влекла нужда к общенью с вещной птицей,
Спускался Ибис к ней среди теней,
И шла она к врагам в кругу огней,
И проникала к Цезарю лисицей.

В ночи кромешной, где лишь мрак царил,
Тайком в ковре несли её в покои,
В его объятья, к ласкам новой доли.

Империя, и власть, и их устои.
В Египте поддавались его воле,
В иероглифах на стенах свет застыл.

            IV
В иероглифах на стенах свет застыл,
И Клеопатра отдаётся страсти
Под таинством ночи и её власти,
Царицу нежно Цезарь покорил.

Гранит замшелый день запечатлил,
Скрывает мох все письмена отчасти,
Как рвутся связи всех царей, что снасти,
Водой омоет знаки древний Нил.

В колоннах сумрак мраком всё затмил,
Но сфинксы тайны чтут тысячелетья,
Папирусы во тьме лишь шелестят.

Не все венки уносят лихолетья,
Вновь трубы прогремят в ночи набат,
Александрия! Звёздный час пробил.

              V
Александрия! Звёздный час пробил,
;Луч солнца лёг на мраморные плиты.
;Дворцы в цветах и лаврами увиты
;Благую весть глашатай возвестил.

;Плывут венки, в багровых красках Нил,
;В покоях тихих, окна приоткрыты
;Младенец спит - глаза еще  закрыты
;Рождён наследник Цезарю он мил.

;Шумит страна, расторгнуты границы
;Столицу Птолемеев, Вечный Рим
;Сплетёт судьба, но царь в них не один.

;И сквозь века незримый херувим
;Поднимет пласт истории с глубин
;Жрецы внимают знаку белой львицы.

;             VI
Жрецы внимают знаку белой львицы,
Священный  Ибис прорицает гнев,
И зреет в нём губительный напев
Сгущались тучи, рвались ввысь зарницы.

Судьба плетёт кровавые страницы
И Птолемей рассудком ослабев
Предал сестру, законы все презрев,
Погряз в коварстве, руша вcе границы.

Расторгнув узы кровные с сестрицей,
Он растоптал и договор и власть
В тени интриг накрыл Себек* волной.

Судьба дала лишь власти только часть,
Он утонул не справившись с собой
И Клеопатра выбрана царицей

        Себек* - Хранитель Нила (божество в облике  человека с головой крокодила)

           VII
И Клеопатра выбрана царицей
И подтверждён петроглиф тех веков,
Плывёт ладья  средь пальм и тростников,
А Цезарь рядом с юной чаровницей.

Широкий Нил разлился пред столицей
Волна хранит - дыхание богов,
Плывут барисы* в сени облаков.
Союз царей,  окрашенный зарницей.

И Юлий вновь царицу убедил,
Они взирают в берега безмолвно,
Где сфинксы дремлют, тайны сохранив.

Горела страсть, и боги благословно
Сердца двоих в  любовь соеденив,
Верховный Ра союз сей утвердил.

      Барис* - небольшое деревянное, плоскодонное речное судно, в Древнем Египте.

             VIII
Верховный Ра союз сей утвердил,
Взрослел и сын, прекрасен, словно Гор,
Цезарион,  надев златой убор    
Выходит в мир, что нов ему и мил.

Средь обелисков,  знати и светил
Под  ясным солнцем, вышел на простор,
Из коридоров в шумный светлый двор,
Где новый день всю красоту открыл.

Но как далёк манящий свет огней,
И как ему не повернуть обратно?
Где мать ждала - царица Клеопатра.

Он сердцем чист и рад бы был стократно
Увидеть день и час тот даже завтра
Когда отец ушёл в страну теней.

         IX
Когда отец ушёл в страну теней,
Затих дворец, и воздух стал тяжёлым,
И чей;то взгляд под клафтом* стал суровым
Среди колонн и статуй у дверей.

Рождался ум - острее всех мечей,
И каждый шаг казался осторожным,
И тронный зал - большим и даже грозным,
Он рос в тиши безмолвных галерей.

Он изучал законы не шутя,
Чтоб стать опорой славного семейства,
И в древних свитках, мудрость обретал.

Но Рим точил клинки лишь для злодейства
И  рок возмездий тихо поджидал,
На трон взошла любимое дитя.

  Клафт* -  полосатый платок различных цветов, где каждый цвет определяет статус.

                X
На трон взошла любимое дитя,
Несут, как дань, наряды и уборы,
Сосуды винные и золота приборы,
К ногам возносят, статус осветя.

Вельмож толпа в поклонах трепеща,
Хвалу поют, и воспеваю хоры,
Из льстивых слов сплетаются узоры,
В скрижали впишут,  дату  приобща.

Но меж колон в тех залах средь теней,
Мерцает свет священных алтарей,
Дрожат в руках у слуг святые воды.

И дух богов сошёл между огней               
По мраморным ступеням в небосводы,
Жрецы в убранстве, в образе зверей.

             XI
Жрецы в убранстве, в образе зверей,
На алтаре - не кровь, а хлеб и мёды,
Что дарят жизнь земле из года в годы,
Сливались в песнопения людей.

Священный дым плывёт между огней,
Нил приутих, и замирают воды,
Молитвы рвутся к звёздам в небосводы,
Читает гимн Верховный у дверей.

Гремит Опет*сиянием сойдя
С небес спустился, с высоты престолов,
Внимая древним, строгим голосам.

В мерцании священных ореолов
Выходит Клеопатра к  образам,
Провидец вышел на неё глядя

           Опет* - это один из главных религиозных праздников в Древнем Египте

           XII
Провидец вышел, на неё глядя,
В чертогах стыл торжественный покой,
Он прошептал о тайне роковой,
И о любви, что погубит, не щадя.

Её каприз и страсть, с ума сводя,
Манили в плен и звали в мир иной,
Деля любовь с царицей молодой,
Рассвет не встретят, в мир иной сойдя.

Пал воин, клятву предавая ей,
Вельможа знатный рушил кров родной,
Теряли честь пред этой красотой.

Так рок сплетает сети над судьбой,
Любовь и гибель в клетке золотой
Читаю мысли тех далёких дней.

          XIII
Читаю мысли тех далёких дней.
Где власть глумится в поиске желанья
То дивной негой, то игрой лобзания
Сведёт с ума придворных и царей.

Но взгляд её - обилие страстей,
А шёпот - яд, в них чары обаянья,
Интриги  и любовь без  состраданья               
Смеясь над страхом, ранит всё больней.

Постичь величие и плоть и души своей,
Она не властна -  воля мирозданья,
Расплатой станет в жизни роковой.            

Внимал провидец, грешные страданья,
Расчёт царицы с грязною игрой
Он видел мир в объятиях огней.

           XIV
Он видел мир в объятиях огней,
Паденье трона, крах Александрии,
Как рушится империя в стихии,
Закат, погасший в царствии теней.

Дилемма власти сходит в звон мечей,
Октавиан ликует в эйфории!
И легионы рушат всё в стихии,
Сражён Антоний в комнате своей.

Хамсин* утих, лишь по песку скользил,
Сметая пыль с корон и царских тронов.
Приняла яд от аспидовой змеи.

Не предалась покорности от стонов,
Сошла лучом с гранитных алтарей,
В тени ветвей, где шепчет древний Нил.

                *Хамсин - сухой, изнуряюще жаркий ветер в Египте.
               

             МАГИСТРАЛ

В тени ветвей, где шепчет древний Нил,
Раскрылся мир пред избранной девицей
Наскальный знак окрасился зарницей
Столицу Птолемеев осветил.

Александрия! Звездный час пробил,
Жрецы внимают знаку белой львицы
И Клеопатра выбрана царицей —
Верховный Ра союз сей утвердил.

Когда отец ушёл в страну теней,
На трон взошло любимое дитя,
Жрецы в убранстве, в образе зверей.

Провидец вышел на неё глядя
Читаю мысли тех далеких дней,
Он видел мир в объятиях огней.