Услышь мольбы из глубины веков

Белеет храм над стынущей рекою
Сквозь сизый морок утренних обманов,
И первый иней ледяной рукою
Касается сухих ветвей каштанов.
Он одевает их в немую грусть,
В холодное, безжизненное злато,
Мечтая их дыхание спугнуть,
Как пеленой укрывшего когда-то.

Я прихожу с тяжелою тоскою,
Вкусив сполна позор и горечь бед,
С душой опустошенной и больною,
Где выжжен прошлых дней счастливый след.
Умолкли звуки суетного круга,
Застыло время в мертвенной тиши.
Явления Твоего, Царица, жду я
Среди теней встревоженной глуши.
Ты не гнушаешься постыдной скверны,
Моих пустых и выцветших речей.
Твой взор, о Дева, тихий и безмерный,
Слезой дрожит в мерцании свечей.

Мир обречён. В его пучине грешной,
Где стонет край под бременем скорбей,
Где правит бал обман холодный, внешний,
Топя в крови невинность и детей, —
Твой омофор, покров любви безгрешной,
Ты распростёрла над землёй моей.
Он выткан не в сияющих чертогах,
Не из парчи и не из жемчугов,
А сотворён в молитвах и тревогах,
Из горьких снов и праведных трудов.

Он — верный щит для сирых и убогих,
Для тех, кто пал и не находит сил,
Для всех забытых, сломленных в дорогах,
Чей дух свой крест покорно уносил.
Он сотворён из веры, что сильнее
Любой брони в предсмертной тишине,
И нет покрова чище и святее
В моей родной, исплаканной стране.

Спаси, Покров, от ледяного гнева,
От пустоты, что скалится из глаз.
Спаси зерно от гибельного плева,
Когда придёт неотвратимый час.
Пусть этот иней на ветвях застывших
Растает от тепла Твоих перстов.
И в сонмах ангелов, над миром воспаривших,
Услышь мольбы из глубины веков.
Белеет храм. И в тишине глубокой
Я слышу шёпот: «Не оставлю вас».
Дай прикоснуться к Твоему сиянью,
Чтоб в вечности судьёй не стал мне Бог.