Всесоюзный парадокс

Раз в семнадцатом году вспомнил дату я одну.
Хлеб народу выдавали унцией.
Холод голод и разруха, у народа нет уж духа
И назвали это революцией.
Чтобы голод победить,нужно было заменить
,,Керенки” зелёные на акции.
Кулаков пересажали, а крестьян в табун согнали
И назвали коллективизацией.
Гибли на лесоповале и на Беломорканале.
В мире все гордились русской нацией.
Уголь тоннами давали, миллионы умирали
И назвали индустриализацией.
А в кремле плели интриги, исчезали все комбриги.
Гитлер бы назвал всё это акцией.
Перед смертью сильно били, а потом о них забыли,
Но гордятся реабилитацией.
Едут все: врачи, артисты и поэты и юристы.
Уезжает цвет еврейской нации.
Папу с мамой отпускают, а детей не выпускают.
Называют это иммиграцией.
Я хочу свободу мысли и на Волге и на Висле.
Если существую, значит мыслю я.
Вам признаюсь, мистер Кокс, всесоюзный парадокс:
Не могу я без инакомыслия.
        Борзоф  1988 г.