Какая странная

Какая странная, мучительная жадность-
владеть и ульем, и единственной душой!
Какая в этом гордая поспешность-
слыть божеством и для толпы чужой,
и для меня, чей слог негромок и безвестен,
кто в стороне у края бытия,
не сочиняя вам хвалебных песен,
берёг тот свет, что осквернять нельзя.

Вам мало их восторженного гула,
аплодисментов, писем и цветов?
Зачем же вы, так царственно сутулясь,
крадёте тишину моих стихов?
Зачем вам мой- столь одинокий - почерк
вплетаться должен в ваш блестящий рой?
Вы сотканы из славы и пророчеств,
а я - из боли, выношенной мной.

Смотреть со стороны - мудрей и тише.
Так не больней. Скрываясь в глубине,
я вижу, как ваш замок строит крышу
на зыбком и обманчивом песке.
Нам ничего не светит. Вечер замер.
У вас - семья, и у меня - итог.
Зачем же вы прекрасными глазами
мой сторожите скромный уголок?

Ступайте к ним! Сверкайте на арене,
целуйте воздух, празднуйте тщету!
А мне оставьте право на смиренье,
на эту общую нам с вами седину.
Я не ревную. Это лишь прохлада
ума и сердца. Занавес закрыт.
Вам - вся земля. А мне - того и надо:
смотреть, как этот дивный рой горит.