Город до весны

Октябрь золотился, пах прохладою.
Углы витрин тянулись в длинный ряд,
И проскакали капли моросящего,
Как всадники, ушедшие в закат.

Ей узко — эти стены преднамеренно
Надулись и устроили сквозняк,
А тень, которой в полдень вовсе не было,
Цепляется за осени обряд.

Она идёт под небом серой аркою,
Софиты луж кусают, гонят прочь,
И этот город замер глыбой каменной,
Хрипит и гаснет погружаясь в дождь.

Скользит ботинок по стеклянной кашице,
Фонарь мигнул, ослеп на полпути.
Ей в эту ночь ни плакать, ни докашляться,
Ей в эту ночь сквозь арку не пройти.

Там, за спиной, смыкают шторы жёлтые,
Там кто-то греет чайник и ворчит.
А здесь, внутри, под ледяными сводами
Её шаги расходятся, как швы.

И лунный лёд не тает от дыхания —
Прозрачный, неживой, хрустящий наст.
Она — лишь пульс, глухое угасание,
Которое вот-вот её предаст.

Шагнёт вперёд, сквозь мостовую вывесок
Неоновую мертвенную сыпь,
И станет просто выцветшею примесью
И город застегнется до весны.