Золотой час

Золотой час — удивительное время перед закатом.
Сегодня мне необходимо было попасть в один автосалон. И, приехав туда, я обнаружил, что сотрудника нет. Ну, я не договаривался с ним о конкретной встрече. И решил просто посмотреть, что будет. Я наблюдал. Помещение, в котором я ждал сотрудника, было отделено от основного пространства стеночкой. И поэтому меня никто не тревожил.
Солнце падало на стены. Я наблюдал за стеной и увидел старые плакаты тех машин, которые должны были, видимо, выйти в продажу. Но в связи с теми событиями, в которых мы все живём, в связи с военными действиями, линейный ход времени был нарушен.
Я думал: «Да, интересно, как было раньше». Каждый год выходила новая модель. Новая модель фотографировалась рядом с новой моделью; девушка фотографировалась рядом с новой моделью машины. Всё было запланировано на год вперёд. Шла какая;то модернизация, может быть, даже новая линия, новая серия. И в этот момент — бах! — всё рухнуло.
Я задумался о том, что, если бы сейчас вместо этих старых фотографий машин, которые должны были выйти и продаваться в России, повесили бы, допустим, фотографии «Москвича», это означало бы, что люди признали: вся эта ветка изменилась. Возможно, эта ветка и так изменилась, но факт того, что на стене будут висеть фотографии «Москвича», а не корейских машин, означает не победу, а то, что мы все, скорее всего, смирились с этим. Пока висят эти фотографии, значит, есть какой;то шанс — хоть один процент, но шанс есть, — что что;то вернётся.
Хотя это вряд ли, но… Так вот, о чём я подумал. О том, что, как в фильме «Интерстеллар», мы сейчас — не все, но многие — имеем шанс пролететь через кротовую нору.
Помните, там был сюжет, когда нужно было преодолеть громадное расстояние: люди могли бы пролетать его, может быть, миллион лет, а можно было пролететь за несколько часов, потому что в какой;то момент пространство искривилось — и до точки можно было добраться, как по свёрнутому бумажному листу, по самому короткому пути. И вот я думаю, что нынешнее время, с одной стороны, очень сложное: идёт очень сильное давление, напряжение ощущается всеми, каждым. Но, с другой стороны, если кто;то выбрал проскочить через кротовую нору и знает, куда ему надо, он, скорее всего, эту кротовую нору найдёт.
Для меня это действительно такое внутреннее откровение.
Я сидел около 20 минут, просто наблюдал — за светом, за ходом своих мыслей. И вот это озарение стало для меня очень ценным. Несмотря на то что повод, по которому я заехал, был для меня, так скажем, материально расходным, я получил нечто большее. Я получил очень ценное осознание, которым делюсь — и делюсь достаточно спокойно, понимая, что, даже если одному человеку это пригодится и он увидит те возможности, которые перед ним открываются, он пойдёт за ними. Это будет очень ценно.
Даже один человек, который сможет в это трудное, хаотичное время, когда практически каждый день личные опоры и опоры нашего мира, здания нашей архитектуры мира меняются — одни рушатся, другие надо будет строить, — воспользоваться возможностью заскочить в какой;то лифт, который моргает, которым, возможно, даже опасно пользоваться, но человек рискует, нажимает на кнопку и летит через тряску, через мигание красных лампочек, зная, куда ему нужно… Поэтому, скорее всего, этот золотой час — именно сейчас.
Золотой час, в который мы можем проскочить то расстояние, на которое раньше нам потребовались бы годы, а может быть, десятилетия.
«Золотой Авалон ждёт на околоземной орбите.
Я на старте, вновь готов лететь за горизонт событий!»;