Noctis IV

NOCTIS IV

В бездорожье вечернем мерцала забытая свечка,
и казалось, что смерть — это прочно закрытая дверь.
Ты склонила лицо так сердечно и так безупречно,
обещая мне вечность, которой не сыщешь теперь.

Над пустынным окном проплывали холодные тени,
словно души уснувших пытались вернуться назад.
И любовь, как слепое, безумное божье веленье,
продолжала гореть, не страшась ни могил, ни утрат.

Я любил тебя так, как тоску любят после рассвета,
как больного лелеют, не веря последним часам.
И казалось тогда, что дыханье взошедшего лета
может смерть отогнать от томленья, присущего нам.

Но любовь не спасает — она только глубже и строже
открывает нам пропасть, куда невозможно смотреть.
И чем крепче твои золотые объятья на ложе,
тем яснее я слышал, как рядом шевелится смерть.

Мы стояли в саду, где чернели последние розы,
и над нами луна, позабыв свое имя, текла.
Ты сказала: «Не бойся, ведь нет нашим чувствам угрозы».
Отвечал я молчаньем, а сердце сгорало дотла.

И тогда я услышал: любовь — это тоже прощанье,
и прощенье, и свет на потерянной с детства земле.
Это жизнь, что глядит на себя через край мирозданья
и не знает, остаться в живых или сгинуть, истлеть.

Если завтра тебя не случится ни в грезах, ни в яви,
я останусь один под бессмысленной ширью небес.
Но твой голос во мне, как молитва над пропастью, сдавит
и сломает мне сердце, чтобы я в твоем мире воскрес.

Пусть же смерть подойдет — я узнаю ее по дыханью,
по внезапной тиши, по запахнувшему миндалю.
Только, может быть, там, за последней чертой, за молчаньем,
я тебя, наконец, навсегда-навсегда полюблю.


2014