Была четверостишная пора

Была четверостишная пора

ВЫ УМЕРЛИ. ВЫ НАЧАЛИ СНАЧАЛА

Вы умерли. Вы начали сначала.
Всё повторилось, как написано, точь-в-точь?
Вас незнакомка, отвлекусь я, повстречала?
Аптека, улица, канала рябь и ночь?

РАБ УМИРАЛ, НЕ УМЕР — УМИРАЕТ

Раб умирал, не умер — умирает,
Такое время и такой залог,
Всё остальное — подлость и подлог,
Раб умирает — ветер замирает.

СЫГРАЕМ В ПОДКИДНОГО ДУРАКА?

Сыграем в подкидного дурака?
Дурак, как водится, подкидывает правду,
Что делает, как водится, отравно,
Как водится, ехидно, свысока.

А В ПАУЗАХ НЕ БУДЕТ ПУСТОТЫ

А в паузах не будет пустоты,
Напротив, они текст наполнят смыслом,
Словно вода ведро под коромыслом,
Смыслы колеблющим туды-затем-сюды.

МНЕ ВСЕ СЛОВА ОТМЕННО ХОРОШИ

Мне все слова отменно хороши,
Мной все слова отчаянно любимы,
Лишь малость горькая мне поперёк души,
Бездушные душе невыносимы.

ВСЕ ДЬЯВОЛЬСКИЕ ПРОИСКИ СНЕСЁМ

Все дьявольские происки снесём,
Все сатанинские уловки одолеем,
Бесовским злачным злом переболеем
И от чертовского соблазна не умрём.

ПОФАНФАРОНИМ, БРАТ, НА ПОСОШОК

Пофанфароним, брат, на посошок,
Кто знает, как там без любви и виски,
Флаги приспущены или совсем обвисли,
Похоже, ждёт слишком культурный шок.

ЗАЧЕМ ПИСАТЬ ТО, ЧТО НЕЛЬЗЯ ПЕЧАТАТЬ?

Зачем писать то, что нельзя печатать?
И впрямь, к чему такое начинать?
Чинить ботинки, примус починять,
Ну в крайнем случае на парус ставить латы.

ВОЗЬМУ РАЗБЕГ И РИНУСЬ, И ВЗМЕТНУСЬ

Возьму разбег и ринусь, и взметнусь,
И полечу, раздумав приземляться,
И научусь я с облаками знаться.
Верней всего, на землю не вернусь.

ТАТЬЯНА УЧУДИЛА — ЭТО ДА!

Татьяна учудила — это да!
Совсем как рифма, учудила, не спросившись,
Что автор ей, когда, с теченьем слившись,
Плывёт — стиль вольный — годы и года.

СТЕКОЛЬЩИК ПРАДЕД МОЙ СВЕТ В ОКНАХ ОТВОРЯЛ

Стекольщик прадед мой свет в окнах отворял,
Словно цирюльник кровь, жизнь смертную спасая,
Куски стекла нещадно отрезая,
Детишек разноцветьем забавлял.

УПАВ ДО ВЫСТРЕЛА, НЕ ДЕГУСТИРУЙ ЗВУК

Упав до выстрела, не дегустируй звук,
Хлопок хлопком, но хлопать не старайся,
Ни в землю, ни в хлопок не зарывайся,
Паденье — не признание заслуг.

ОТ ГРАДА И МИРА Я СКОРБЬ УТАЮ

От града и мира я скорбь утаю,
Присвою себе у судьбы на краю,
Будет она лишь со мною дружна,
Ни граду, ни миру она не нужна.

А ЭТОГО ПРАЗДНИКА НЕ БЫЛО ВОВСЕ

А этого праздника не было вовсе,
Хотя возглашали повсюду: готовьтесь,
Литавры и трубы, и глотки лудите,
Словечки заздравные кротко крадите!

КУДЕСНИЧАЯ В ПОШЕХОНСКИЙ ВЕК

Кудесничая в пошехонский век,
Над судьбами смертельными волхвуя,
Два изгнанных из жизни обалдуя
Твердили, как велик он, человек.

ВЕНОК СОНЕТОВ СКРОМНО ВОЗЛОЖИВ

Венок сонетов скромно возложив,
Не из стихов он словно, а лавровый,
По листику венок тот слово в слово
Развею по ветру, всем голову вскружив.

ВНАЧАЛЕ БЫЛО: КРОМЕ СЛОВА, БОЛЬ

Вначале было: кроме слова, боль,
Слово больное, да и боль из слова,
Грядущего веселья боль — основа,
И слово — выраженье воли воль.

И БЫЛИ ЖИЗНИ ДНИ НЕПОГРЕШИМЫ

И были жизни дни непогрешимы,
Как время, как любая сути суть,
Которую в бараний рог согнуть
Желает человек неотрешимо.

ОТ СЧАСТИЯ КЛЮЧИ КУЗНЕЦ КОВАЛ

От счастия ключи кузнец ковал,
Чтоб их владелец горя не знавал,
Долго ковал, работу он любил,
И счастье их владелец загубил.

БЫЛА ЧЕТВЕРОСТИШНАЯ ПОРА

Была четверостишная пора,
Стоял осенний месяц у двора,
Катренов потянулся караван,
Лес опадал, был по утрам туман.