Тает в небе остров
Тает в небе остров,
вот он был и нет.
Создан очень просто:
только лёд и свет.
Был он осязаем,
а теперь – слова.
Так всегда, мы знаем,
тают острова.
Нет, он не напомнил
ни о чём таком.
Сердце не наполнил
грустью ни о ком.
Да и что за остров,
где кругом поля?
Лишь сарай – как остов,
остов корабля.
Кто тут был и не был,
или кто забыл,
тот и красил небо
баночкой белил.
Тот и был искусен
в белых островах,
господи Исусе,
пусть и на словах.
Но родился остров.
Кажется, он плыл,
чей-то очень остро
распаляя пыл.
Различая явно,
где тут явь и сон,
да смешал случайно... —
тихо скажет он.
Пусть кому-то сказка,
а кому-то явь,
но любому встряска,
тут как ни лукавь.
Только уж терпенье
прояви, и вот
снова в белой пене
остров проплывёт.
В этой пене белой,
остров, ты живи,
ничего не делай,
лишь плыви-плыви.
Ты плыви на счастье
с рокотом волны
к тем, кто в одночасье
стали влюблены.
Подари им праздник
гофмановских графств,
пусть их нёбо дразнит
вкус небесных яств.
Что же до графини,
зря не беспокой.
Подари ей финик,
знаешь сам какой.
Был тот финик знанья
сорван неспроста
с пальмы осязанья,
пальмы естества.
И других порадуй,
кто с ней невезуч,
им – рагу из радуг
и кисель из туч.
Тает в небе остров,
вот он был и нет.
Создан очень просто:
только лёд и свет.
Был он осязаем,
а теперь – слова.
Так всегда, мы знаем,
тают острова.
Свидетельство о публикации №126101502383