Симфония в оттенках волконскоита

Посвящается всем смельчакам с этюдниками на пленэре

Я — жёлтый изумруд.
Насквозь пускаю свет
и пламенею ярко-ярко
в холодный утренний рассвет,
где тень бежит украдкой
по краю поля
вдоль листвы
и тонких стебельков травы.

Под пылью — малахитовым узором —
глубокий, тёмный и холодный,
болотной тиною подёрнут пруд.

И озорные бирюзовой,
стремительно пересекают звук,
сверкая струнами ФЦ
две стрекозы.

Веронская с богемской спорят
лишь чуть-чуть
в листве, паря
и от немого ветра шелестя.

Рассвет, 
проснувшимся жуком
стучит в стекло
звенит отчаянным аккордом
вдруг уносимый
запахом весны.

Лист шепчет нотой,
и та нота — лессировкой —
превращается в стекло реки,
в прозрачную пастель
струящейся травы.

А изумруд поймал
случайный луч
глубокой синевой лесного хора,
сияет тихо, мощно. И пора
уже идти, но манит к тайне
тишина.

Затем приходит травяной,
тяжёлый, плотный, влажный
тембр глухого баса
на холсте.

То переливы зелени
пусть продолжаются везде —
искрою света в тёмной глубине,
от ясности к забытой
луга простоте.

Волконскоит и пышет
в каждом вздохе, оттенке —
не глазами слушаем, а тишиной.

В финале цвет продёрнут музыкой,
вол-шеб-ной.