Больничные стены, палата, кафель

Больничные стены, палата, кафель.
А лица угрюмые, как образа.
Все так похожи на пряный фалафель,
Взирают с надеждой стальные глаза.
Их искры становятся всё мерклее
И гаснут, как звёзды, огарком свечи.
Кто-то поутру, а кто-то позднее,
А кто-то уйдёт и в глубокой ночи.

Больничные стены, палата, кафель.
Так тихо, и ветер листвой по окну.
А сердце упрямо — стянутый гафель
Стучит тихим ходом и ждёт лишь одну.
Надежду, конечно: она, как корабль,
Стоит вдалеке в позабытом порту.
И в ожидании, когда коннетабль
Подпишет приказ на твой путь за черту.

Больничные стены, палата, кафель.
Бегут все ретивые кони судьбы.
Лежу в тишине, подключённый кабель
Мне в вены вливает напиток борьбы
И разрушает огнём революций,
Борясь и сжигая бездушное зло,
Бескомпромиссно, путём инволюций
Удары врагам направляя в чело.

Больничные стены, палата, кафель.
В цепочку сплетаются смутные дни.
Лекарь запишет в свой сумрачный табель,
Что снова в палате погасли огни.
И простынёю накроют усталый,
Израненный, серый, измученный труп.
А лекарь с тоской промолвит бывалый
Сухим языком, на эмоции скуп.

Больничные стены, палата, кафель.
Увозят, привозят — и так каждый день.
Безжизненно тихий, холодный штабель
Людей, кто не смог и попал под мишень.
И не поспоришь: судьба — не злодейка.
Банально сказать, почему и зачем.
Они вереницей, будто бы змейка,
Стяжают душевный покой насовсем.

Больничные стены, палата, кафель.
Бойцов очень много — ты их рассмотри.
Даже хирург, поднеся к телу скальпель,
Не сможет увидеть души там внутри.
Она иллюзорна, но ощутима.
Словами ты сможешь её описать?
И вряд ли она тобой постижима,
Коль сможешь о ней ты хоть что рассказать.