Ломали нас, но даже не согнули...

Ломали нас, но даже не согнули,
А мы себя виновными сочли,
Что в чёрный день от чьей-то хищной пули
Собой прикрыть любимых не смогли.
Мы любим упиваться горьким ядом
И вкусом наслаждаемся его,
Что были где угодно, но не рядом,
Хоть это не меняет ничего.
Под хмурым небом скорбный стон раздался,
Земля качнулась, прокатился гул.
Завидуйте не тем, кто здесь остался, 
А тем, кто свой рубеж перешагнул.
И сколько б мне запястья не вязали,
Не били кулаком под самый дых,
Я знаю, раз меня пока не взяли,
То значит жить мне надо за двоих.
Не куйте мне для совести оковы,
Не пробуйте в предательстве клеймить,
Что не был небом я мобилизован,
А был приговорён остаться жить.
Нас бьют года, и время горло душит,
Но мы встаём, пока есть силы встать.
Мне за троих придётся петь и слушать,
Чтоб тех, кого любил, не предавать.
За семерых стоять в ночном дозоре,
За сотню ненавидеть и любить,
Как миллионы капель в синем море
Ушедшие во мне остались жить.