Сказка о Хрустальном Духе и Золотом Фениксе

На ледяной планете, где вечный лёд и снег,
Жил обособленно Хрустальный Дух уж который век.
Свою планету он обожал,
Ледяной искрой её с любовью украшал.
Жил замкнуто, одиночеством не страдал
И благодарен был своей судьбе...
В чертогах абсолютной тишины,
Где звёздный свет запутался в ресницах,
Он создан был из чистого луча,
Хрусталём звенела его десница.
                                                                                          Хрустальный Дух

На ледяной планете, где бушуют метели и всюду высятся вековые торосы и льды, жил Хрустальный Дух, не зная горя и беды. Он был создан из тончайшего космического хрусталя. Его легко можно было ранить, но он мгновенно восстанавливался, ведь он был бессмертен, а время в его мире навсегда застыло. Хрустальный Дух не говорил словами, но когда он двигался, пространство вокруг наполнялось тончайшим хрустальным звоном, похожим на музыку ветра или мелодичный перезвон колокольчиков. Его сердце не билось, но оно преломляло свет далёких звёзд, окрашивая вечные снега во все цвета радуги. Там, где Хрустальный Дух касался своим дыханием ледяной пустыни, мгновенно расцветали хрустальные цветы, которые никогда не увядали. Эти цветы были подобны радуге: сиреневые, словно земная сирень, голубые незабудки, лиловые васильки, жёлтые тюльпаны, алые маки, бордовые георгины, нежно-розовые пионы, оранжевые цинии, розы цвета спелой вишни, белые целомудренные лилии, белоснежные с жёлтым солнышком посередине ромашки и разноцветные гладиолусы. В его мире от каждого дыхания раздавался хрустальный звон, превращая каждое мгновение в застывший миг, в прекрасную призму времени. Шаги Хрустального Духа были беззвучны, но оставляли за собой шлейф из алмазной пыли, в чьих призрачных гранях отражались далёкие планеты, галактики и звёзды. Одиночество не тяготило Хрустального Духа, оно казалось ему естественным законом этого застывшего, но самого прекрасного для него мира. Хрустальный Дух понимал, что за тысячи световых лет есть другие галактики, где тоже существует своеобразная жизнь и проживают удивительные существа. Ему было искренне интересно познакомиться с ними, но возникал вопрос: «Как это можно осуществить?» И вот однажды до ледяной планеты долетел багрово-золотой свет, и от него шлейфом потянулось едва уловимое тепло.
                                                                           
                Рождение Золотого Феникса

В галактической, космической дали,
Где играют вселенские страсти,
На огненной планете, в её недрах, пылает огонь.
Там можно было веками никого не встретить,
Но планетарные Боги меняют роль.
Ещё вчера здесь правил серый пепел,
Раздвинув прах обугленных обид...
Взлететь с нуля, когда разрушен замок,
Стряхнуть с крыла седую пыль времён!
Рождается прекрасный образ птицы,
Горящей золотом, заставив мир запеть.

Разбив вдребезги прах планеты, на куски разорвав темноту, возродились былые померкшие лета, озарив ярким пламенем вековую пустоту. Будто мишенью для них было небо — на планете возрождалась птица Феникс, отдавая миру свою дань. Словно стрелы раскрылись крылья и устремились в небесную даль. Летел пепел вослед угасающим дням, а рождённая птица пылала огнём, всё выше и быстрее взмывая в лазурную высь, являя миру свою яркую, обновлённую длань. Сквозь пепельные тучи к лучам солнца взлетала Феникс, нежным голосом освещая своё рождение. Прошла яркая вспышка, и пронзительный багряно-золотой луч послал тепло, обозначая пульс пробуждения. Небо раскололось, и с него упал не метеорит, а живая, пульсирующая искра. Она несла в себе не смерть, а крик новорождённой жизни — так явилась миру птица Золотой Феникс, девочка-Феникс. Там, за тысячи световых лет от ледяного края, она только расправляла свои золотые крылья, но её огненная энергия уже летела к планете, где обитал Хрустальный Дух. Мгновение — и посланная искра коснулась Хрустального Духа. Но она не разрушила его, лёд не растаял, а начал светиться изнутри. Хрустальный Дух впервые почувствовал чужое тепло, и в его сердце-призме родилось невероятное сияние. Огонь девочки-Феникса подарил ледяному миру то, чего в нём никогда не было: динамику, цвет и трепетное биение жизни.
                                                                                                    Эпилог
Так произошло рождение вселенской космической Любви — через физическое проникновение тепла по хрустальным венам прямо в сердце Хрустального Духа, для пробуждения его души и всего ледяного мира. Жизнь, текущая внутри прозрачного тела Хрустального Духа, раскрасилась ярким внутренним золотом и стала ещё прекраснее. Огненный пульс Золотого Феникса, прокладывая дорогу сквозь хрустальные грани, засветился изнутри бирюзовым светом. В самом центре ледяной планеты он взорвался миллионами радужных бликов. Лёд не растаял, он трансформировался в радужно-хрустальное сияние. Это было великое рождение космической любовной стихии, соединившей вечный холод и огненное пламя. Ледяной звенящий танец Хрустального Духа звучал в абсолютной космической тишине, и вдруг искра Феникса даровала ему огонь сотворчества. Это был не разрушительный пожар, а тепло созидания, способное заставить петь даже вечный лёд сквозь тысячи световых лет. Вот так и родилась любовь между Хрустальным Духом с ледяной планеты и Золотым Фениксом из планеты огня!