Самоотторженец

Годы шагая, как будто на нож,
я научился смиряться с раненьем
и очень быстро учуивать ложь
и приближенья дождя и горенья.

Хвост пистолетом и ухо востро
вечно держу, опираясь на опыт,
чуйку и первооснову костров -
искру, что выжила после потопа.

Враз озираюсь на тех, кто вокруг:
кто в поле зрения, вне его тоже;
клетки пустых новостроек и мух;
кто бьёт кнутом и к себе тянет вожжи.

Я - неотъемлемый спутник себя.
Жжёт отторженская доля, как ноша.
Рок препаскудный, как будто в цепях.
Но это лучше, чем в толпах, где тошно.

Рыжеволосье, как синь в облаках, -
тоже отличие между подобных.
Лишний, как иней на ржавых столбах,
непредназначенный между съедобных.

Чужд, посторонний для даже детей.
Это знакомо, как то, что известно:
новая мысль в мире старых идей
часто чужда и вне нужного места.

Так я... Как волк посреди кобелей.
Молча вращаю судьбиные планы
и наблюдаю потоки людей
с шумом воды городского фонтана...