Жребий, брошенный не мной

Не изъяснить тебя словами,
Не взвесить мерою земной:
Ты вся — как небо над полями,
Как вздох пред песней, как покой.

Скачи три дня в кибитке тесной,
Гони коней во весь опор —
Всё нет конца стране чудесной,
Родной всё стелется простор.

В тебе ненастье и морозы,
И бездорожья маета;
Но и в тоске твоей — не слёзы,
А тихой думы красота.

Я уезжал в края чужие,
Дивился блеску городов;
Но снились мне поля родные,
Дым деревень, покой садов.

Люблю твой вечер тихий, длинный,
Листвы намокшей аромат,
И над рекой туман пустынный,
И в поле дремлющий закат.

Тишина твоя — отрада:
Она не давит, не гнетёт;
Она, как ветхая ограда,
Забытый сад свой бережёт.

Не зря в твоём немом просторе
Родятся дивные певцы:
Им отдала ты свет и горе,
Свои тернистые венцы.

Ты у меня в самом дыханье,
В строке, в улыбке, в тишине;
И даже в горестном изгнанье
Ты, как душа, жила во мне.

Мне жизни не дано другия,
И я иной бы не желал:
Меня ты выбрала, Россия, —
И этим жребий мой был дан.