Путешествие по свету ценою в жизнь...

«Избрал судьбу такую он,
По жизни колесить верхом,
Нет дома у него, семьи,
А небо, солнце, на пути.
 Ему встречаются селенья,
 И городишки небольшие,
 Народ простой и разных рангов,
 Всё в новой форме, как в спектакле»
 

Часть I

Не гром позвал его в дорогу — 
Лишь тишина у старых врат. 
Он снял с крюка плащ, взял немного 
Сухого хлеба наугад. 
Ни дома, где горит оконце, 
Ни рук, что ждут его с мольбой; 
Над головой — большое солнце, 
Под ним — пыльца дорог стеной. 
Он знал: у странствий есть расплата, 
Но не спросил, каков ей срок. 
За поворотом — чья-то хата, 
За хатой — новый край дорог. 
Колёса пели, кони млели, 
И ветер путал след коня. 
А дни, как птицы, вдаль летели, 
Не оглянувшись на него. 
В селеньях пахло дымом, хлебом, 
В чужих дворах звенел металл; 
Он ел под вольным синим небом, 
Ночлег у речки находил. 
Ему казалось: мир без края, 
И каждый край — иной урок. 
Но ночь шептала, не скрывая: 
«Ты платишь жизнью за восток». 
Он улыбался ей устало, 
Сжимал поводья у груди. 
И сердце снова выбирало: 
«Пока иду — мой дом в дали».

Часть II

В одном посаде — звон базарный, 
Над крышами — густой дымок. 
Купец сулил ему товарный 
Покой, приют и уголок. 
«Останься, — говорил, — со мною, 
Забудь дороги и метель. 
Я дам тебе ключи, покои, 
Чтоб не скитаться каждый день». 
Но странник видел: за прилавком 
Лежит не только звон монет: 
Там страх, укрытый мягкой шалью, 
И запертый чужой рассвет. 
Он вышел к площади, где в латах 
Стоял надменный воевода. 
Тот мерил души по караулам 
И звал покорность словом «свобода». 
Вельможи шли в парче и злате, 
Слуги несли за ними свет. 
А нищий спал в дверном закате, 
Забыв, что ужина всё нет. 
«У всех своя одежда, маска, 
Свой чин, гербовый знак и тон. 
Но под шелками та же тряска, 
Под нищетой — тот же закон». 
Он поклонился всем порогам, 
Не стал ни господин, ни раб. 
И снова вывел путь дорогой 
Его за город, в сумрак трав.

Часть III

На перевале снег кружился, 
Как белый пепел над землёй. 
Конь под поклажей оступился, 
И странник пал лицом на наст. 
В ущелье ветер выл бездомно, 
Сквозь камни гнал седую мглу. 
Поднялся он, хоть ночь ступила, 
Коня повёл сквозь эту мглу. 
У горной хижины старуха 
Дала ему воды и хлеб. 
«Ты всё идёшь? Неужто скука 
Не убрала из сердце снег?» 
«Не скука, — молвил он, — тревога: 
Я слышу чей-то дальний зов. 
Пока не кончена дорога, 
Не различить её следов». 
Она взглянула: «Путь безмерный 
Не возвратит ушедших лет. 
И каждый шаг — залог неверный, 
И каждый встречный — чей-то след». 
Он ночь провёл у очага, 
Где угли так дышали красным. 
А утром, встав на край оврага, 
Увидел мир в сиянье ясном. 
Там за хребтом виднелись долы, 
Река шумела, поле видно. 
Он понял: путь не станет полон, 
Пока не тронет смерть следа.

Часть IV

В долине бил набат тревожный, 
И дым поднялся до небес. 
Сошлись полки у переправы, 
Железо вспыхнуло, как лес. 
Кто шёл за знамя, кто за землю, 
Кто — по приказу, кто за хлеб. 
Он видел: страх лицо объемлет 
И гасит в людях яркий свет. 
Он вынес мальчика из храма, 
Обстрел был сильный, он на мост,
Солдат с простреленною раной 
Просил воды испить глоток.
Странник склонился над солдатом, 
И тот узнал в нём чей-то дом. 
«Скажи, старик, за что мы платим, 
Когда победу наречём?» 
«За то, что поздно вспоминаем: 
У каждой стороны — живой». 
И день погас. Над полем — стаи, 
И ворон кружит и кричит. 
Он хоронил чужих и близких, 
Без различья, званий и знамён. 
И долго шёл, неся он в мыслях 
Неслышный колокольный звон. 
К утру заря была багровой, 
Как след ожога на земле. 
Он понял: путь не станет новым, 
Пока война живёт во мгле.

Часть V

В приморском городе у моря 
Он встретил женщину с косой. 
Она не спрашивала: «Кто ты?» — 
Лишь предложила хлеб простой. 
В её саду цвели левкои, 
За ставней прятался закат. 
И столько лет, как будто двое, 
К нему вернулись невпопад. 
Он чинил крышу, ставил сети, 
Учился слушать тишину. 
Впервые в жизни на рассвете 
Не торопился в даль одну. 
Она сказала: «Оставайся, 
Пусть путь забудет дух на век, 
Не всякий зов велит прощаться, 
Не всякий долг — идти вперёд». 
Он видел в доме детский туфель, 
И колыбель, что у стены. 
В груди его проснулся шёпот: 
«Вот всё, чего искал ты, — сны». 
Но ночью море билось в берег, 
И звёзды звали за пролив. 
Он знал: вернётся — станет пленник, 
Уйдёт — оставит боль и гнев. 
Наутро он ушёл без слова, 
Кольцо оставив у окна. 
За ним закрылась дверь. И снова 
Весь мир был путь, а не стена.

Часть VI

Года, как пыль, легли на плечи, 
Конь постарел и плащ истлел. 
Короче стали зимы, длинны, 
Длинней — ночлег и путь длинней. 
Он видел башни, что крошились, 
И новые взлетали вновь. 
Цари менялись, песни глуше, 
Но та же плакала любовь. 
На перекрёстках дети спрашивали: 
«Куда идёшь? Где твой порог?» 
«Туда, где люди перестали 
Считать чужим чужой сапог». 
Он узнавал в чужих морщинах 
Лицо своё, что время жгло. 
В улыбках — отблеск тех, кто ныне 
Давно рассыпался в быльё. 
Однажды в снегопад осенний 
Он не сумел подняться сам. 
И рядом путник на колени 
Присел, подставив ему плечо. 
«Старик, давай, — сказал, — до хаты, 
Там печь, вода и тёплый кров». 
Он засмеялся: «Мне когда-то 
Казалось, кров — конец дорог». 
Но всё же принял руку друга 
И ночь у печки он провёл. 
А утром — снова в путь по кругу: 
Он знал, что срок его пришёл.

Часть VII

Последний край был тих и серый, 
Без башен, вывесок, дорог. 
Лишь ветер, словно пёс бездомный, 
Его до переправы вёл. 
На берегу стоял перевозчик, 
Без возраста, без явных черт. 
«Ты много видел, вечный путник. 
За переправой — твой ответ». 
«А там найдётся дом и близкий, 
Огонь, что греет по ночам?» 
«Там всё, что ты оставил, выйдет 
Навстречу, не судя словам». 
Он снял с коня седло и сбрую, 
Провёл ладонью по спине. 
«Ты тоже долго шёл со мною, 
Теперь свободен. Отдыхай». 
Конь лёг, и пар над ним растаял, 
Как дым, поднявшийся к заре. 
А странник лодку оттолкнул 
И скрылся в серебристой мгле. 
Не стало шага, следа, больше 
Затих последний звон копыт. 
Но в каждом сердце, где скитанье 
Сильнее страха, он звучит. 
И там, где путник просит крова, 
Где делит хлеб и воду пьёт, 
Он начинает путь свой снова — 
За жизнь, за мир, идёт вперёд.