Болотный псалом

Жанр: Мрачный эпос, военная баллада.
Темп: Очень медленный, тягучий, с тяжёлым ритмом (около 60 bpm).
Настроение: Гнетущее, физически ощутимое, переходящее в неземной покой.

(Куплет 1)
Триста пятый. Апамея. Сирийская пыль.
Маврикий — стальная, не знавшая страха быль.
Под ним семьдесят клинков, единый отряд.
Но жрецы донесли, и дороги назад
Больше нет. Император Галерий зовет.
И воины входят в судейский оплот.
Ни ласка, ни золото, ни палачей
Не могут заставить склониться плечей.
«Мы — воины Света», — звучит в тишине.
И цепи смыкаются на их броне.

(Куплет 2)
Железные крючья. И пламя костра.
Для римского строя — игра без добра.
Их бьют, чтобы плоть превратилась в свинец,
Но каждый из них — и солдат, и певец.
И юный Фотин, его кровь и родня,
Стоит перед плахой средь белого дня.
Удар палача на отцовских глазах,
Чтоб ввергнуть в отца помутнение, страх.
Но Маврикий рад. Он не плачет, не спит:
«Мой сын — воин Царства. Он в небе стоит».

(Припев)
Вязнет сталь в болотах. Кончается бой.
Но сегодня, мой брат, мы не примем покой.
Пусть жужжит этот рой, пусть кусает овод,
Мы идем за Христом в этот крестный поход.
Мед на ранах горит, словно жидкий огонь,
Но молитву, мой брат, своей дланью не тронь.

(Куплет 3)
Изощрённый ум не придумал страшней:
Их тела облепили от пят до бровей.
Мед стекает по коже, и в этот елей
Сотни тысяч летят ненасытных червей.
Комары, осы, оводы — плотный покров.
Десять дней без воды, десять дней без хлебов.
Только стоны и хрипы. И жажда в гортани.
И молитва отца в этом чёрном тумане.
Десять дней. И ни слова. Ни просьбы. Ни слёз.
Только ветер болота их муки унёс.

(Бридж)
На десятый день небо сомкнуло края.
«Отче, в руки Твои передаю дух свой я...»
И палач подошёл. И упала глава.
И застыла над топью седая трава.
Без могил, без крестов, на съеденье зверям...
Но по верным сердцам, по святым алтарям
Христиане подкрались под саваном тьмы,
Чтоб забрать этот свет из болотной тюрьмы.

(Припев)
Вязнет сталь в болотах. Кончается бой.
Но сегодня, мой брат, мы обрели свой покой.
Пусть жужжал этот рой, пусть кусал их овод,
Они вышли за Светом в свой крестный поход.
Мед на ранах застыл, превратившись в янтарь,
Ими правит теперь не железо, а Царь.

(Аутро)
Семьдесят. Сын. И отец.
(Звук одинокого комариного писка, который медленно растворяется в полной, звенящей тишине)