В моём Кишинёве - два льва

В моём Кишинёве -  два льва *.  Один спит, другой - бдящий .
Один что-то грезит, другой непрестанно на страже.
В твоём Сан-Франциско , наверное, воздух щемящий,
 С прищепками чаек «невстречи»  безмолвные наши.

В моём Кишинёве-два льва караулят  дорогу
Но грезя друг другом, они  позабыли о страже
И дождь, и метель оседлают скульптуры, а проку?
Они с   пьедесталов друг к другу не сдвинутся даже.

В твоём Сан-Франциско – письмо электронное штормом
Печатает вновь океан на клавире ракушек.
И небо грызут небоскрёбы, но, жаль мне, нет дома,
Где можно обняться разъятым застенками душам.

В моём Кишинёве каштаны  вставляют в  миноры
Зажженные свечи  от  солнца. весеннего, бликом
Лишь чиркнет, зажжёмся , что , может быть, свидимся скоро,
Но осень , стуча в свой каштановый бубен, поникла

Потупила взгляд. А в сетчатке глаз  - львы Кишинёва
Друг друга не видят, но помнят весенние свечи.
А, знаешь, мой дальний, мой пристально грезящий Лёва,
 Молитвой под свечи давай брешь в эфире залечим.

    -- Вносите, каштаны, небес именинные свечи,
Чтоб львам визави  свой весенний отпраздновать  город.
 Каштаны не  слышат, но машут в  ответ издалече
И пальмам, и чайкам твоим – и солёным просторам.

* Два льва – скульптуры в центральном парке Кишинёва