Я отпустила лишь на миг тебя

Я отпустила лишь на миг тебя,
Но сердце верит: ты со мной, внутри.
Храню тепло руки, твой взгляд, храня,
По щеке слёзы, не сметая, шли.

Взгляни хоть раз, мой милый солдатик,
Тебе, наверно, тяжелей, чем мне.
Я жду. Молчу. Горю в тоске-горячке.
Храни тебя, мой мальчик, Бог в огне.

Тоска, как руки, душит, сковывает.
Опять слеза горит по щеке моей.
Я не пойму, как земля там взрывается,
Как спишь ты в окопах, думая о ней.

Стоишь ли с перебитыми ногами,
А здесь — лишь ветра ночное нытьё.
Ты к небу руки — в чёрными знаками,
Чтоб это тепло долетело твоё.

И каждый выстрел — будто рана в сердце.
А каждый рассвет — лишь отсрочка, вслух:
«Вернись. Пройди. Не дай ему опустошенья.
Чтоб выжил. Чтобы помнил. Чтобы был вокруг».

Твой смех во сне — как отблеск, как услада.
Твоя тень у двери — как призрачный след.
Я жду. Не закрываю. Верю: это правда.
Скорей бы крик: «Я дома, мама!», — и след пропал.

Я знаю, ты пройдёшь сквозь дым и пламя.
И мы замрём у нашего порога.
И слёзы будут — озерами — от знамени,
Что жизнь одна у всех. И в этом — Бог.