Кофейная кантата

Над белым полюсом листа,
Где мысль единственный властитель,
Склонилась нежная Алиса,
Чтоб свить из слов свою обитель.

И рядом, словно верный друг,
Что делит с ней ночные бденья,
Стояла чашка, замкнут круг,
Фарфора, полный вдохновенья.

Внутри не просто горький сок,
А бархат ночи, сжатый в капли,
Чтоб каждый огненный глоток
Разбил привычные спектакли.

Он пахнет далью каравелл
И дымкой выжженных саванн,
Тем словом, что сказать не смел,
Сокрыв его в туман обмана.

Алиса пьёт и терпкий вкус
Рождает строки, как заклятья.
Она — творец, сорвавший куш,
Чужой души понять объятья.

Ведь кофе — это эликсир
Не для пустой и праздной лени,
А ключ, что отворяет мир
За гранью чудных сновидений.

Вот первая строка легла —
Прохладной каплей по фарфору.
В ней — хрупкость битого стекла,
Что неподвластна приговору.

Вторая — будто горький дым,
Что вьется над костром осенним,
О чувстве, ставшем вдруг чужим,
О тяге к самоотреченью.

А чашка — зеркало души,
Где отражается усталость.
«Пиши, Алиса, вновь пиши,
Пока хоть капля в ней осталась!»

И в этой гуще на краю,
Где прерывается теченье,
Она читает жизнь свою —
Судьбы простое изреченье.

В ней — перекрестки старых карт,
Где путь потерян безвозвратно,
И творческий экстаз, азарт,
Что посещает так внезапно.

В ней — силуэт летящих птиц,
И профиль вечного молчанья,
И цепь изломанных границ
Меж грустью и очарованьем.

Так строчка к строчке, рифмы в ряд,
А чашка медленно пустеет.
Но мыслей красочный наряд
В крови поэта только зреет.

Весь мир сжимается в одно:
В мерцанье лампы, в запах зёрен,
И в то, что ей предрешено —
Быть в вечном поиске упорной.

И пусть за окнами рассвет
Сотрет ночные акварели,
Оставит в вечности свой след
Алиса в хрупкой цитадели…