Здравствуй, добрый людской, я к тебе, человек

Здравствуй, добрый людской, я к тебе, человек,
Подскажи, как живём мы на свете.
Сколько было и стало — закроем наш век,
Но ответят за нас лишь за дети.

Посмотри, как мы жили — не пряча глаз,
Мяч гоняли, не зная экранов.
И пусть трудно давалось, но каждый наш час
Пахнет морем, кострами, поляной.

Нас, быть может, обидели — что ж, не беда,
Не повод дать сдачу и злиться.
Мы построим корабль, и не ради стыда,
Чтобы дети могли не стыдиться.

Чтобы жили, как мы, — без немых телефонов,
С головой, поднятою к небу.
Чтоб ходили на пляж, где песок раскалённый,
И ловили не вирус, а негу.

Чтоб не жили одним лишь сегодняшним днём,
А уверены были в грядущем.
Мы им скажем: «Держись, мы с тобой и живём,
И не ты один в мире живущем».

Нас не станет — всего лишь мгновенье пройдёт,
Что тогда они смогут, скажи мне?
Если мы не попробуем снова — их плот
Не спасёт в океанской волне.

Корабль наш не железом держится — верой, плечом,
Не экран — жизнь горячая рядом.
Если мы не начнём — кто же это ещё?
Мы за всё в ответе пред взглядом.

Не одни вы на земле, не одни,
Знайте — корни уходят глубоко.
А корабль наш стоит до зари,
И на нём — ни преграды, ни рока.

А корабль наш стоит — и не надо причала,
Просто держим ладонь на руле.
Мы не учим детей, чтобы жизнь их венчала, —
Мы показываем: жизнь — на земле.

В ней не лайки считать и не прятать обиды
Под маской спокойных оков.
В ней — ловить кувырком золотые рапиры
Из солнечных, жарких песков.

Мы не первые, кто на закате заплакал,
Понимая, как мало нам дней.
Но никто до сих пор не придумал иначе:
Быть людьми — быть теплей и живей.

Пусть врастают их пальцы не в стекла, а в глину,
Пусть спина познает вес весел.
Тот корабль не сгорит и не сгинет —
Если голосом, сердцем, всем телом
Мы покажем: идти можно только за делом,
А не в призрачный, ложный уют.

Ведь они — это мы. Только те, что успеют
Туда, где нас, может, не ждут.