Никто не видел Рейчел Короткий рассказ

+
— Мои такого в сочинении понаписали. Что-то невообразимое. Я уже пожалела, что мало двоек наставила. Твой класс уже написал сочинение? — Спросила Роуз.
— С утра. — Сказала Марша.
— Ну, как, есть что-нибудь выдающееся?
— Есть сочинение, в котором что-то опасное для жизни.
— Так, и кто это так постарался?
— Рейчел. Она пишет о чём-то, чего я не понимаю. Похоже на крик о помощи. Хотя я запомнила дословно... — Марша достаёт из кожаной сумки тетрадь, надевает очки в тонкой металлической оправе и зачитывает лишь часть сочинения Рейчел.
«…Вчера я узнала новое слово, это слово «логика». Логика даёт понимание и поддерживает в тяжёлые минуты. Моя логика опирается на что-то, что шагает мимо. Я хотела рассказать, но у меня не было голоса. Это тёмные сны. Нет смысла людям верить в добро. Потому что тёмная сторона человека выходит из-за угла и тогда наступает ночь. Не надо думать, что мы исключительные и всё можем. Мы как мыльные пузыри. После нас остаётся одна цветная пустота. Я больше никого не вижу, никому не верю».
Роуз и Марша переглянулись. Раньше Роуз никогда не задумывалась о ком-то из учеников в отдельности. На первый взгляд каждый из них это часть целого, а целое прикрывает собой частности. Но вот, что странно. Слова Рейчел цепляли досадной собственной болью, которую каждый вспоминает.
В свой выходной Марша и Роуз сошлись на том, что шли к дому Рейчел, в уме подбирая те слова, которые будут уместны.
Рейчел жила в приёмной семье. Не исключено, что её били.
В дверь семьи Рейчел постучали. Селеста, приёмная мать, открыла дверь и посмотрела каждой из них прямо в глаза, никаких эмоций.
— Вы к Рейчел? Рейчел ушла. Хотите кофе?
Стивен, её муж, с осунувшимся лицом, и бровями, сросшимися у переносицы, встряхнулся, как будто только что вышел из спячки.
— Вообще-то, Рейчел хорошая девочка.
— Сокровище. — Подсказала Селеста, разливая кофе по чашкам, пододвигая сладкое. — Без склонности к ярости, хотя в прошлом у неё не всё было гладко.
— Чувствую, она что-то натворила. — Резко добавляет Стивен.  —  Или это стандартный опрос? Мы вроде бы не светились в школьных анкетах.
— Ошибаешься. Светились. Ещё как. — Посадив пятно от кофе на розовую блузку, сказала приёмная мать.
— Заметили, как отстранённо она может держаться? — Спросил Стивен, но тут же, поразмыслив, сказал: — К родным так не относятся, как мы к Рейчел. Да, айкью у неё сто двадцать восемь. Это высокий показатель. Не то, что я. Был в школе полным неудачником. Так что вы хотели сказать?
Марша обратила внимание на золотые корешки книг, вязанные покрывала на креслах. Обыкновенные родители. Оба открытые, не прячут взгляд. Единственное, что наводило на тревожные мысли, это сухое дерево за окном. Впрочем, навряд ли сухое дерево указывает на неустроенный быт.
— Рейчел учится. — сказала Марша, смутно осознавая, что нужно сказать ещё хоть что-то.
— Не пропускает учёбы. Правда, её интересы сместились с точных на гуманитарные. — Пришла ей на помощь Роуз. — Но бывает, что на Рейчел находят мрачные настроения.
— Яркая личность.
— С яркими личностями всегда так. — Способные лису обойти, говорят Селеста со Стивеном первое, что приходит им в голову.
У Селесты напряглась жилка на лбу. Зелёные глаза потемнели. Но в какой-то момент маска любящей матери прозрачно встала на место.
— В сочинении у неё всё выглядит так, как будто её что-то расстраивает. — Прямо говорит Марша, больше не подозревая их в жестоком обращении. И потом, синяков на девочке нет. Нет ничего такого, что бы наводило тень на их семью. Хоть бы фарфор поморщился.
Роуз радостно рассказывает истории из своего опыта. Забыть о тонком, неназванном. Проще простого.
— Внесли определённость, хоть и потеряли выходной.
— Мне надо было знать. — Марша оглянулась на свет в окне, угасающий на глазах, и на сухое дерево, освещённое заходящим солнцем.  Напоминает молнию. — Могло нам показаться? Почему бы и нет?
Роуз не ответила.
Марша снова достала тетрадь, и открыла в месте, связывающем реальность со сказкой:
«…У меня дома жил тролль. Тролль не злился, не швырял вещи, никому не причинял зла. Он просто вышел однажды из стены. Тролль унёс меня на руках. По выражению его лица я поняла, что он и есть зло.  Я не кричала, я спала. Мне снилось, что я проснулась, и тролля не было рядом».
Ветер налетел, особо удачно смахнул с деревьев листья. Словно кто-то беззвучно разбил стекло на осколки, чтобы собирать их в стаи. Никакого звона. Рейчел шла им навстречу, стараясь уложить в ровный аккуратный букет разношерстые листья. Её шаги были тяжёлыми. 
Сколько бы они ни смотрели в глаза чужой малолетней девочке, никто не видел Рейчел.