Яркая ночь

Я вновь с тайгой,красавицей любимой,
Залез, перед закатом, на лабаз.
Да, скоро осень превратится в зиму,
А я с небес продолжу свой рассказ.

Всё осмотрел, ничто не изменилось,
И вместо стула, чурочка под зад.
На горизонте солнце в тучах скрылось,
Жаль, не увидеть будет звездопад.

Прицел и ужин выложил на столик,
А карабин повесил на сучок.
И ветерок - трудяга, трудоголик,
Вдруг с юга повернулся на восток.

Я слышу грохот глухариных крыльев,
Летят к дороге гальку поклевать.
Пейзаж без красок, чуточку унылый,
Как будто с нелюбимой лёг в кровать.

Свежо, и я замуровался в куртку,
И тёплые перчатки на руках.
А на приваде вижу сойку, урку,
Которой наплевать совсем на страх.

Сейчас, вот тут я в роли невидимки,
Хоть вороны приветливо орут.
У нас взаимосвязь, живём в обнимку,
Зверей к приваде криками зовут.

Смеркается, и проблески на небе
И тысячу гусей над головой.
Летят в тепло, туда, где больше хлеба,
Чтобы потом вернутся к нам весной.

Кусты, пеньки, зачирканные ночью,
Туманы выползают из болот.
Почти на сто процентов знаю точно,
Медведь вот вот поужинать придёт.

Прицел и карабин объединились,
Заокал лось, совсем недалеко.
За целый год гигант набрался силы,
Но правда встретить самку нелегко.

А я смакую этот сдвиг природы,
И звуки всё летят из темноты.
Я словно акушер попал на роды
И трепещу от этой красоты.

И вот я слышу новое чего то,
Тяжёлые шаги передо мной.
А сердце разбежалось для полёта,
А крылья словно машут за спиной.

Но а во рту всё разом пересохло,
Да очень захотелось кашлянуть.
Я не дышу, без этого мне плохо,
Ещё страшнее буруго спугнуть.


А небо капошится лебедями,
Они кричат, размазывают звук.
Прощаются с еловыми садами,
И кажется порою, что ревут.

Я просто в сказке сладкой очутился
Рукой подать, где чавкает медведь.
И рядом лось с противников схватился,
Легко тут оба могут умереть.

Рога зверей сплелись, трещит валежник,
Лосиха тут же в зрителях у них.
Медведь похоже будет им священник,
Наверное поэтому притих.

Парное мясо лучше, чем отходы,
Задрать гиганта это рисковать.
Зверь подождёт печального исхода
И свиту позовёт попировать.

А ночь живёт, а север грозно дышит,
А птиц несёт попутный ветерок.
Луна по тучам бодро лезет выше,
Украсить, чтоб небесный потолок.

Приклад давно в плечо упёрся,
Ночник любезно освятил землю.
Восторг в душе, без всякого там форса.
За это всё я Господа молю.

Всё сразу, сверху шум летящих уток.
И снизу разговорчивая мгла.
Вокруг меня, сегодня очень круто,
Тайга вот так интригу развела.

Шаги, медведь уже как на ладони
Привычно метко отыскала бровь,
И словно вдруг, как поезд на пероне,
Я слышу страшный за спиной рёв.

Второй медведь, по голосу приятней,
А первый подо мною на дыбах.
Они сойдутся в битве вероятно
И эта радость, кажется в руках.

Я трепещу, сознание ликует,
Как сладко это всё переживать,
Мне всё равно, что счастье наколдует,
Я как всегда, готов его обнять.

И словно гром, я слушу шум машины,
 а свет от фар маячит вдалеке.
Финал незабываемой картины,
Улыбка побежала по щеке.

Случилось потому необычайно,
И друг услышал злобный, грозный рык.
На помощь он помчался не случайно,
Опасность он всегда делить привык.

Здесь честно, правда выжата до капли,
Да, яркая страница бытия,
Никто тут не попал в медвежьи лапы,
И осудить не хочется меня.