Баллада 69

Это известное стихотворение
Карла I Орлеанского (Шарля Орлеанского,
 1394–1465) — выдающегося французского поэта
позднего Средневековья, проведшего 25 лет
 в английском плену после битвы при Азенкуре.

Баллада 69

Когда-то были у меня друзья,
Любовь была во всем моя подмога;
Божка любви азартно славил я,
В прологе – не провидел эпилога.
Однако к горестям вела дорога,
И ныне скорбь меня взяла в тиски,
Ушел покой из моего чертога:
Разбито все, – кто склеит черепки?

Мне грезы не даруют забытья,
Не радуют меня красоты слога;
Прекрасна жизнь – однако не моя;
Исчез огонь – осталась боль ожога.
Печально подведение итога:
Я жил, лелея радости ростки;
Но сколь же ныне я наказан строго!
Разбито все, – кто склеит черепки?

Ужель не даст мне вечный судия
Для новой благодарности предлога?
Сколь тягостна сия епитимья:
Все, что провижу – горько и убого;
Во всем – один обман, одна тревога, –
Пусть возносить мольбы – не по-мужски,
Но я молюсь у смертного порога;
Разбито все, – кто склеит черепки?

Любовь, даруй мне счастья хоть немного,
Да будут дни печалей далеки!
Я справедливости прошу у Бога:
Разбито все, – кто склеит черепки?

Перевод с английского Е.Витковского

Я позволил себе, да простит меня
Карл I Орлеанский, исправить этот текст,
чтобы предать ему иной смысл.

Баллада 69.

Когда-то были у тебя друзья,
Любовь была во всем твоя подмога;
Божка любви азартно славил ты любя,
В прологе – не провидел эпилога.
Однако к горестям вела дорога,
И ныне скорбь тебя взяла в тиски,
Ушел покой из твоего чертога:
Разбито все, - Проси. Бог склеит черепки?

И грезы не даруют забытья,
Не радуют тебя красоты слога;
Прекрасна жизнь – однако не твоя;
Исчез огонь – осталась боль ожога.
Печально подведение итога:
Ты жил, лелея радости ростки;
Но сколь же ныне ты наказан строго!
Разбито все, - Проси. Бог склеит черепки?

Ужель не даст тебе вечный судья
Для новой благодарности предлога?
Сколь тягостна сия епитимья:
Все, что провидешь – горько и убого;

Во всем – один обман, одна тревога, –
Пусть возносить мольбы – не по-мужски,
Но ты молись у смертного порога;
Разбито все, - Проси. Бог склеит черепки?

Любовь, даруй и счастья хоть немного,
Да будут дни печалей далеки!
Ты справедливости просил у Бога:
Разбито все, - Проси. Бог склеит черепки?

11.10.2026

Нижеприведенную статью о Карле I  нашёл на livejournal.

Карл Орлеанский

Его называли «принц-поэт, принц поэтов». Сын Людовика Орлеанского, ключевой фигуры во Франции начала XV века, чья жизнь и смерть немало повлияла на ход самой длинной войны в истории – Столетней, сам Карл – далеко не самая выдающаяся историческая фигура. По иронии судьбы, оба сына герцога Орлеанского не сделали ничего примечательного, тогда как имя незаконнорождённого сына Людовика знают куда лучше. Но Карл, не прославившись как политик или воин, заслужил другую славу, не менее громкую, чем его единокровный брат, воевавший рядом с Жанной Д’Арк – он стал одним из величайших поэтов в истории Франции.

Карл Орлеанский родился в 1394 году. Отец Карла – Людовик Орлеанский, был одним из самых влиятельных вельмож королевства, братом самого короля. Карл был пятым ребенком в семье, но первым, кто прожил больше нескольких лет – его старшие братья и сестры умерли в младенчестве. На троне Франции сидел Карл VI, известный больше по прозвищу «Безумный». Сам Карл VI – фигура крайне драматическая, а история его безумия – одна из самых мрачных трагедий Средневековья. Но на момент рождения Карла Орлеанского, болезнь короля еще не показала себя в полной мере, обстановка в стране была благоприятной. Столетняя Война, в рамках которой эти события обычно рассматриваются, на какое-то время затихла, не считая некоторых некрупных стычек. Детство Карла Орлеанского было счастливым и безоблачным. Любил ли отец сына и как много уделял ему внимания неизвестно, но он точно заботился о его воспитании. Людовик обожал роскошь, к чему приучил и сына. Известно, что покои Карла сияли вышитыми на дорогом шелке золотыми ангелочками. Однако Карл жил не только в роскоши, Людовик считал, что его сын должен быть хорошо образован. С детских лет Карл был окружен опытными учителями, многие из которых носили ученые степени. От матери, Валентины Висконти, Карл унаследовал любовь к поэзии. В юном возрасте он писал стихи, вызывавшие неподдельное восхищение окружающих.

Но такое счастливое существование для Карла прекратилось в один миг. Его отец вступил в противоборство с герцогом Бургундским, Жаном Бесстрашным. Людовик долго и безрассудно мотал красной тряпкой перед самым носом у быка, и естественно, что для Орлеанца эта история закончилась плачевно. В 1407 году Людовик был убит группой наемников на одной из парижских улиц, совсем немного не доехав до своей резиденции. Титул герцога Орлеанского, вместе с огромными долгами отца, вместе с его не самой лучшей репутацией среди народа перешел к четырнадцатилетнему Карлу. И, кроме всего прочего, на юного герцога навалился груз мести за своего отца. Вскоре после этой трагедии умирает и мать, Карл Орлеанский остается лицом к лицу с Жаном Бесстрашным. Жан, обвиненный в преступлении, довольно легко реабилитирует себя, назвав преступление «тираноубийством» и превратившись в героя. Карл просит короля о справедливости, но безуспешно – безумие короля к этому времени достигло уже той степени, что он перестал узнавать жену и даже помнить имя и титул. Карл – не самый лучший политик, к тому же почти не имеет опыта, его борьба с имеющим огромный опыт и влияние Жаном Бесстрашным обречена на провал. В итоге, король приказывает, чтобы Карл и его брат Жан Ангулемский заключили в Шартре унизительный мир с Жаном Бесстрашным. Как говорит хронист, подписывая этот договор, сыновья Людовика плакали, но все же они были вынуждены подчиниться.

Но заключить мир – еще не значит смириться. «Старые друзья» отца Карла – южные дворяне, не желавшие видеть Бургундского герцога у власти, протянули Карлу руку помощи. В 1410 году Карл Орлеанский женится на Бонне д’Арманьяк, внучке герцога Беррийского, одного из руководителей южной коалиции. Настоящим лидером стал Бернар д’Арманьяк, по имени которого и была впоследствии названа вся коалиция. Долгая междоусобная война, конфликт «бургиньонов и арманьяков», началась. Что касается Карла, то он с облегчением отходит от политики и пишет немало стихотворений. Часть из них он посвящал своей жене, брак с которой, несмотря на то, что задумывался как политический, оказался довольно счастливым. Арманьяки в это время ведут борьбу с Бургундским герцогом и даже в чем-то преуспевают. Но и здесь все происходит не так гладко. Обе стороны пытаются заручиться поддержкой англичан, и, для достижения этой цели, брат Карла – Жан Ангулемский, отправляется в качестве заложника на острова в 1412 году. На островах он проведет следующие тридцать лет.

Но здесь происходит еще одно событие – вторжение Генриха V во Францию. Столетняя Война после долгого затишья продолжилась. В знаменитой битве при Азенкуре в 1415 году, где французское войско было наголову разбито, раненый герцог попадает в плен к англичанам. Обстоятельства его пленения также заслуживают упоминания. Герцогу несказанно повезло. Он был пленен некрупным дворянином, Ричардом Уоллером. Ричард, вместо того, чтобы отвести пленника в лагерь, просто увел его подальше от поля битвы, тем самым спася герцогу жизнь. Как известно, во время битвы король Генрих V приказал перебить пленных французов, испугавшись, что они могут взяться за оружие. Карл в это время отдыхал под орешником вместе с Уоллером, где их и нашел английский король, объезжавший после битвы поле. Не нужно говорить, как он обрадовался, увидев висящий на этом же орешнике щит пленника, с изображенными на нем тремя французскими лилиями. Пленивший принца крови Ричард Уоллер получил рыцарское звание и достойную награду. На гербе его и его потомков с этого момента красовался орешник, на котором висит щит с гербом герцога Орлеанского.

А Карл, вместе со множеством других пленных дворян, был отправлен в Англию. В следующий раз на берег Франции он ступил лишь через 25 лет. На землях Туманного Альбиона, Карл, по законам рыцарства, долгое время оставался в маноре Уоллера в Грумбридже, где жил и брат Карла, Жан. Манор находился в крайне живописном месте на границе Кента и Восточного Сассекса. В этом, далеко не самом крупном поместье герцог Орлеанский прожил несколько лет. Плен герцога не был сколь-нибудь тяжелым. В поместье Уоллера он чувствовал себя практически как дома. Хозяин относился к пленнику уважительно. Судя по всему, Ричард и Карл за годы, проведенные вместе, даже стали друзьями. В поместье над камином до сих пор висит герб Орлеанца, а в комнате герцога сохранилась сделанная его руками надпись «Для Ричарда Уоллера». В этом прекрасном тихом месте герцог живет несколько лет, немало пишет. Известно, что Карл был примерным прихожанином и жертвовал достаточно денег на местную церковь. В современной церкви, построенной уже в 1625 году, можно увидеть герб Карла Орлеанского по соседству с гербом Ричарда Уоллера.

Король строго запретил даже за огромный выкуп отпускать из плена Орлеанца. Ведь формально тот являлся лидером арманьяков и был их символом. А отсутствие лидера в стане врагов помогало союзникам англичан, бургундцам. Однако все двадцать пять лет Карл никогда не был «заключенным» в полном смысле этого слова. Постоянные пиры, охота и чтение книг – вот что составляло повседневную жизнь пленника. И именно в плену талант герцога, как стихотворца, проявился сполна. В этот период он пишет множество стихотворений, которые будут признаны шедеврами. Пишет он и на английском – не так хорошо, как на французском, но среди английских дам его баллады и сонеты пользуются огромной популярностью. Много Карл писал множество писем своей жене – Бонне Арманьяк. Эти письма – первые известные истории «валентинки», так популярные сейчас. Но Бонна Арманьяк умерла, не дождавшись освобождения мужа. Карл тосковал и по родине и именно во время плена понял ценность мира. Он писал письма Бургундскому герцогу, дофину, увещевая их прекратить междоусобицу, а в своих стихотворениях призывал молиться о мире.

В заключении Карл побывал во многих замках Англии, познакомился со множеством выдающихся представителей английской аристократии. Уэллингфорд, Уингфилд, Понтерфакт, Амптилл - лишь некоторые, самые известные из замков, где жил Орлеанский герцог. Был Карл и в Тауэре, и в Виндзорском замке. Одним из «хозяев» пленника-принца был Джон Корнуолл, тридцатью годами старше Карла. Однако, по иронии судьбы, Джон Корнуолл много лет назад знал отца Карла, герцога Людовика Орлеанского и даже играл с ним в теннис. Самый значимый период плена связан с Уингфилдом, где Карл познакомился с Уильямом де ла Полем, который несколькими годами раньше проиграл битву знаменитой Деве-Жанне и три года провел в плену у французского короля. Это обстоятельство и почти одинаковый возраст сыграли немалую роль в отношениях Карла и Уильяма, которые довольно быстро стали дружескими. Незадолго до знакомства с Карлом, Уильям женился на Алисе Чосер, внучке знаменитого Джеффри Чосера, «отца английской поэзии». Кроме того, Алиса покровительствовала еще одному известному английскому поэту – Иоанну Лидгейту, с которым герцога связывали схожие вкусы в поэзи. Карл был «пленником» у четы де ла Поль четыре года. Вечера Уильяма, Алисы и Карла были полны стихов и музыки. Так продолжалось, пока в 1436 году Уильям не был вынужден вернуться в армию.

Все те годы, что Карл провел на английской земле, на материке шла жестокая война, от которой Орлеанский герцог был далек. В 1419 году на мосту в Монтеро все-таки была совершена месть, пусть и без участия самого Карла. Рыцари дофина убили Жана Бесстрашного, захватив того врасплох во время переговоров. Говорят, что раны, нанесенные Бургундскому герцогу, были такими же, как и раны, что двенадцать лет до этого получил Людовик Орлеанский на одной из улиц Парижа. Убийство Жана Бесстрашного было лишь началом новой стадии Столетней Войны, в которой жаждущие отомстить за своего хозяина бургундцы в союзе с англичанами, воевали против армии дофина. В это время на арене Столетней Войны появилась Жанна д’Арк, Орлеанская Дева, одной из целей которой, к слову, было освобождение герцога Карла, так как «он мил Богу». Прославился и единокровный брат Карла, Жан де Дюнуа, Орлеанский бастард, выдающийся полководец. Один за другим французы выигрывали бои, освобождали города, и Карл тоже не сидел сложа руки. Он много работал, пытался способствовать скорейшему примирению сторон, сопровождал англичан на переговорах в Аррасе. Уставший от войны, он говорил: «Если бы мир стоил мне жизни, я без сожалений отдал бы ее, если бы мне пообещали семь дней свободы».

Свободу герцог получил в 1440 году. Причем, большую роль в его освобождении играл Филипп Добрый, герцог Бургундии и сын Жана Бесстрашного. По освобождению, герцог женится на племяннице Филиппа – Мари Клевской. Приданное идет на оплату выкупа. Карл и Филипп обмениваются поцелуями, что знаменует окончание борьбы, конец мести и взаимное прощение. Карл недолго остается видной фигурой на политической арене Франции. Завершив все свои дела, он вновь отдалился от политики, поселившись в своем замке в Блуа, где собирал одну из величайших библиотек тогдашней Франции. Карл был меценатом, коллекционером и одним из самых образованных людей Европы XV столетия. Блуа стал поэтическим центром Франции. Карл часто устраивал поэтические турниры, собиравшие лучших поэтов со всей страны.

Смерть застала Карла Орлеанского в 1465 году в дороге. Он возвращался с проходившей в Туре ассамблеи и остановился в Амбуазе, где, в ночь с четвертого на пятое января, умер. Карлу было семьдесят лет – достаточно большой возраст для XV века. В старости он говорил: «Мир устал от меня, но и я от него». Герцог прожил действительно бурную и полную событий жизнь. Возможно, Карл Орлеанский не прославился, как политик или значимый государственный деятель, но его имя стоит первым в списке французских поэтов Позднего Средневековья, а личность этого человека драматична сама по себе.

***
Я специально почти не говорил о поэзии Карла. Во-первых, я нисколько не филолог, во-вторых, я почти не знаю французский и прелесть творчества Карла хоть сколь-нибудь оценить не могу. Здесь приведу лишь два отрывка, на русском, которые мне понравились даже в переводе.

Что мне мой меч, мой шлем и латы,
Моя казна, мое значенье,
Когда меня в добычу зла ты
Оставила и на мученье!
Но вечно наше обрученье;
Твоя рука в моей руке
Была не даром; буду ждать
Свиданья там, а здесь страдать
В печали, скорби и тоске.
На смерть жены

Надежд корабль мой снаряжен; в просторе
На том спешу к отчизне корабле...
О, долго ль быть в тяжелом нам раздоре?
Скорее — мир, чтоб жить нам в тишине!
Места родные вижу лишь во сне.
Я в Англии успел уж постареть.
Вновь Францию родную мне б узреть!
Когда-то был в броне я, на коне.
Но ненавистью полон я к войне.
Пора б вражде народной отгорать, —
Вновь Францию родную мне б узреть!
Баллада

Несколько комментариев напоследок. Пост выше - моя первая сколь-нибудь серьезная заметка, надеюсь, кому-нибудь будет интересно почитать, а мне собранный материал в любом случае пригодится. Каюсь, использовал достаточно мало источников, только пару раз заглядывал в Монстрелле. Основное, чем я пользовался это:
Википедия
http://www.poemhunter.com/charles-d-orleans/biography/
http://jaga-lux.livejournal.com/106870.html
http://100yearswar.xlegio.ru/Main/kor.htm

А еще вот такая превосходная книжка:
Единственно, эта книга, как и большинство на гугл-букс, прервалась на самом интересном месте. Но что-то успел использовать.

И еще один момент. Когда начинал писать, об этом даже не догадывался. Как указано выше, Карл - автор первых "валентинок" в истории. Символично.