Приключения Ярика. Тайна Красной планеты

Из цикла
Фантастические приключения Манмориков

Аннотация

На лесной полянке у холмов, где прозрачный воздух звенит от ветра, а над кронами деревьев по вечерам загораются первые звёзды, стоят уютные домики Манмориков — маленького народа, о котором и сами они помнят не всё. Никто уже не знает, почему их племя зовётся именно так, и когда их предки пришли в эти места: то ли из далёких морских краёв, то ли из времён, которые давно затерялись в памяти.
Рядом с полянкой лежит Хрустальное озеро — спокойное, светлое, с голубоватой водой, в которой отражаются белоснежные вершины. А вдали, за лесом, течёт река Изумрудная — так Манморики назвали её за необычный цвет летних и осенних вод, похожих на живой свет бирюзы. Их мир кажется тихим и безопасным, но это только до тех пор, пока однажды в нём не появляется зов далёких звёзд.
И тогда Манморики отправляются в путь к Марсу — не к безжизненной красной пустыне из учебников, а к удивительной планете, где под поверхностью дремлют древние тайны, в небе скользят загадочные летательные машины забытых цивилизаций, а за каждым поворотом ждут открытия, способные изменить представление о Вселенной. Здесь будут и странные союзники, и опасные противники, и подземные лабиринты, и следы тех, кто жил здесь задолго до нынешних времён.
Это история о любопытстве и смелости, о дружбе и ошибках, о смешных нелепостях и серьёзных открытиях. О том, что даже самый маленький народ может дотянуться до звёзд, если в его сердце живёт вера в чудо, а рядом идут верные друзья.

Добро пожаловать к Манморикам — и добро пожаловать на Марс.
Владимир Могол

Пролог

В Приозёрный городок снова опускался вечер. Он опускался тихо, почти неслышно, будто боялся потревожить покой домиков и деревьев. Солнце, утомлённое за долгий день, медленно уходило за дальнюю речку Изумрудную, которую Манморики так назвали за необычный цвет её летних и осенних вод — они и правда напоминали живой цвет бирюзы. Скоро из-за горной гряды поднимется Луна и зазолотит спокойную гладь озера Хрустального, на берегу которого и раскинулся Приозёрный городок. По улицам уже тянулись длинные тени, похожие на сонных котов. У самой опушки коротко тявкнула собака, потом передумала и притихла, словно поняла, что с закатом спорить всё равно бесполезно.

На лесной полянке у холмов, где воздух звенел от ветра, а по вечерам над кронами деревьев одна за другой загорались первые звёзды, стояли уютные домики Манмориков — маленького народа, живущего на холмистой полянке у озера. Никто уже не знал, почему их племя зовётся именно так и когда предки пришли в эти места: то ли из далёких морских краёв, то ли из времён, давно утонувших в памяти.
В домике у края улицы на подоконнике сидел Ярик — тот самый, что всегда умел удивить всех и первым влезть в историю, но не всегда успевал понять, зачем он это сделал. После своего недавнего звёздного полёта он заметно загордился: ходил чуть важнее, говорил чуть громче и поглядывал на мир так, словно мир обязан был немедленно его признать.
Звёздным полётом он сам назвал прыжок с крыши своего домика с самодельными крыльями, которые соорудил из занавески с окна.  К счастью, он заранее пододвинул к стене дома стог сена, так что приземление вышло не только звёздным, но и довольно мягким. Иначе этот полёт мог бы обернуться куда большими неприятностями.

От восторгов Ярик, впрочем, не остыл. Стоило кому-нибудь вспомнить его подвиг, как он тут же расправлял плечи, задирал нос и принимал вид важный и почти торжественный, словно был одним из тех редких героев, о которых говорит половина Вселенной. Но, оставаясь один, он понимал, что великие мысли, а тем более великие дела, — штука капризная. Они не приходят по зову, а являются тогда, когда им самим вздумается.

Сейчас он сидел у окна, свесив ноги с подоконника, и хмуро смотрел в небо. На самом деле он не думал о судьбах мира, как могло показаться со стороны. Он пытался вспомнить, куда подевал свою выходную шляпу, хотя шляпа всё это время спокойно сидела у него на голове. Из-за   этого   мыслительный  процесс  продвигался  особенно
тяжело.
Над полянкой уже  вспыхивали  звёзды. Сначала одна, потом другая, потом ещё — как будто кто-то, невидимый и терпеливый, зажигал их одну за другой. А чуть выше деревьев медленно поднималась Луна — большая, светлая, почти торжественная, словно серебряный щит, повешенный прямо на небо.

— Красота-то какая, — пробормотал Ярик. — Такая Луна, что хоть снова отправляйся в полёт.
Он вздохнул, потёр затылок и вдруг заметил за Луной нечто странное.
Чуть ниже и правее, почти на самом краю неба, горела красноватая точка. Не звезда — слишком большая. Не облако — слишком круглая и уверенная. Она светилась спокойным, тёплым огнём, как будто кто-то развёл маленький костёр на другой стороне вселенной и забыл его погасить.
Ярик подался вперёд и замер.
— Вот это да… — прошептал он. — А это ещё что такое?
Он прищурился. Точка не исчезала. Наоборот — будто чуть дрогнула и стала заметнее.
— Если это не звезда, — сказал он уже громче, — значит, это планета. А если это планета, то почему бы на ней не жить какому-нибудь интересному народу-племени?
Он так резко подался к окну, что едва не свалился на пол, зацепился за штору, и та с шумом сорвалась вместе с карнизом. Ярик не удержался и рухнул вслед за ней, запутавшись в ткани и собственном воодушевлении.

— Так, — пробормотал он, выбираясь из клубка штор, — это уже совсем не случайность. Это знак.
Он вскочил, оглянулся на стол и почти бегом бросился к новенькому компьютеру, который недавно подарил ему Мудрик, чтобы он набирался ума-разума.
Ярик умел обращаться с техникой примерно так же, как с торжественными обещаниями: уверенно, шумно и без особого понимания, что будет дальше.
Он нажал первую попавшуюся кнопку. Компьютер тихо пискнул. Ярик поклацал по клавиатуре уже двумя руками. Компьютер обиженно загудел. Потом зажёгся экран.
— Отлично, — сказал Ярик. — Теперь осталось разобраться, что тут к чему.
Пять минут спустя, после нескольких неуклюжих нажатий, одного внезапного отключения и пары сердитых реплик, на экране наконец открылось окно поиска. Ярик ввёл туда всё, что пришло в голову: «красная планета, жизнь, жители, необычные существа».

Поиск выдал множество мудрёных статей. Ярик пробежал глазами первые строчки, нахмурился и тут же их закрыл.
— Слова какие-то слишком длинные и несуразные, — проворчал он. — Людям, которые так пишут, наверное, самим не всё понятно.
Зато картинки оказались куда интереснее. На них была планета — красная, суровая, загадочная, с полосами, пятнами и странными тёмными следами на поверхности. Подпись под изображением гласила: Марс.
Ярик долго смотрел на экран.
— Красивый, — сказал он наконец. — И явно обитаемый. Раз он такой заметный, значит, там точно что-то есть.
Он ещё раз щёлкнул мышкой, и случайно открыл новостную ленту. Там как раз мелькнула заметка о том, что вскоре Марс приблизится к Земле особенно близко, и астрономы спорят, можно ли разглядеть на его поверхности следы древней жизни.

Кто-то даже утверждал, будто   заметил странный узор на поверхности Марса, похожий на лицо.
Ярик подскочил.
— Лицо?! — воскликнул он. — Значит, всё-таки кто-то там живёт!
В груди у него вдруг защекотало то самое чувство, которое приходит нечасто, но навсегда меняет настроение: чувство великой идеи. Оно всегда было опасным, потому что делало Ярика слишком уверенным в себе, но именно оно и превращало обычный вечер в начало приключения.
— Если я уже освоился с полётами с крыши своего домика, — торжественно сказал он, выпрямляясь, — значит, теперь пора на Марс.

Он походил по комнате, размахивая руками уже видя себя то исследователем, то знаменитым путешественником, то героем будущих книг. Наконец и ему привалило такое долгожданное счастье.
Луна висела всё так же близко и неподвижно, а
красноватая планета или звезда за ней, казалось, подмигнула ему. Или это просто облачко прошло как раз в том месте, где светилась и переливалась загадочная странница.
В его воображении всё складывалось очень удачно: Марс, новые существа, встреча с тайной, возвращение домой, восторги, музыка, благодарности и, конечно, всеобщая слава.

Но потом он вдруг нахмурился.
— Нет, — сказал он себе. — Сначала надо всё как следует подготовить.
Он вспомнил о мастерах, без которых любое путешествие превращается в безумную затею, и сразу же решил, что первым делом нужно посовещаться с теми, кто умеет создавать невозможное. Потому что одна идея — это ещё не полёт. Полёт начинается тогда, когда за идеей следуют руки, ум и терпение.
Ярик схватил шляпу, которая всё это время мирно сидела у него на голове, и почти бегом выскочил из домика.

Над полянкой по-прежнему тихо сияла Луна, а красноватая точка рядом с ней казалась уже не просто огнём в небе, а настоящим приглашением. В домике остался включённый компьютер, на экране которого светился заголовок о Марсе — неизведанной планете. И Марс будто сам дожидался, когда кто-нибудь решится задать ему правильный вопрос и постарается ответить на него.
И, похоже, такой человек только что нашёлся.

Глава 1, в которой Ярик пытается заинтересовать идеей Мастика, Кластика и Топорика

Ярик перестал думать — он давно понял, что мысли только мешают ему действовать. Вместо этого он помчался с такой скоростью, что его знаменитая жёлтая шляпа с голубой лентой, которая и так держалась на голове с большим трудом, сорвалась и покатилась по булыжной тропинке, весело подпрыгивая на каждом камне.
— Стой! — завопил Ярик, бросаясь вдогонку. — Это моя любимая шляпа! Она мне ещё и на Марсе пригодится!

Шляпа, однако, не слушалась. Она явно наслаждалась внезапной свободой: закатывалась под скамейки, которые Манморики установили вдоль тропинки, огибала фонарные столбы и даже сделала петлю вокруг урны, словно дразня хозяина. Ярик бежал за ней, натыкаясь на
Манмориков, которых в этот поздний вечерний час было немного, но все они почему-то попадались именно на его пути.
— Простите! — кричал Ярик, оббегая Манморика с корзиной, полной светящихся грибов. — Я не нарочно! Это всё шляпа! У неё сегодня день непослушания!
Манморик с корзиной обиженно посмотрел ему вслед, пробормотав что-то про «этого вечно спешащего Ярика», но Ярик этого уже не видел — он нырнул в узкий переулок, где шляпа, наконец, зацепилась за старую водосточную трубу и замерла, словно притворяясь невинной вещью.

Ярик схватил её, водрузил на голову и, запыхавшись, двинулся дальше, отряхивая пыль с зелёного пиджака.
— Ну всё! — сказал он, поправляя ленту. — Больше я тебя не упущу! Мы с тобой — команда! Ты — моя официальная шляпа, а я — твой официальный хозяин!
Он вышел из переулка и чуть не налетел на Скрипуна — того самого Манморика, который вечно таскал с собой старую сковородку и утверждал, что она приносит удачу, хотя все знали, что Скрипун просто любит ворчать на всё подряд. Скрипун стоял посреди тротуара и рассматривал небо в маленький телескоп на треноге, бормоча себе под нос.
— Осторожно! — крикнул Скрипун, отпрыгивая в сторону и чуть не уронив телескоп. — Ты чего носишься, как угорелый? Вечер же! Звёзды уже появились, а ты тут со своей шляпой скачешь!

— У меня важное дело! — выпалил Ярик, едва не сбив треногу. — Я спешу к Мастику, Кластику и Топорику! Ко мне пришла идея! Гениальная!
Скрипун скептически хмыкнул:
— Опять идея? Помню твою прошлую идею — про летающий зонтик с пропеллером. Он у тебя летал ровно три секунды, а потом упал на голову Тарику. У него до сих пор шишка не рассосалась. Я уже не говорю про твой полёт с крыши.

— Это были неудачные эксперименты! — обиделся Ярик, надув щёки. — А сегодняшняя идея — гениальная! Я лечу на Марс!
Скрипун замер с открытым ртом, затем медленно убрал телескоп в чехол:
— На Марс? — переспросил он, словно не веря ушам. — А ты знаешь, сколько туда лететь?
— Неделю, — уверенно ответил Ярик, закинув руки за спину. — Я читал в интернете. Там ещё картинки были красивые — красная планета, кратеры, пыльные бури...
— А ты знаешь, что там нет воздуха? — продолжил Скрипун, прищурившись. — И температура ночью минус сто градусов? И радиация?

Ярик махнул рукой:
— Ну и что! Я возьму с собой баллончики с воздухом! Или попрошу марсиан подышать на меня! Они же наверняка добрые!
Скрипун хотел что-то ещё сказать — возможно, напомнить Ярику о том, что марсиан никто никогда не видел, но Ярик уже умчался, оставив его стоять с открытым ртом и размышлять, стоит ли рассказать Мудрику о новой гениальной идее Ярика или лучше сделать вид, что ничего не было.

***
Тем временем Ярик бежал дальше, сворачивая с улицы на улицу. Он свернул на улицу Одуванчиков, где дорогу ему внезапно перебежала чёрная кошка с ярко-зелёными
глазами. Ярик, будучи суеверным, хоть и не признавался в этом, остановился, закрыл глаза и помахал в воздухе шляпой в разные стороны, словно отгоняя от себя неудачу.
— Тьфу-тьфу-тьфу! — пробормотал он. — Не к добру это! Но меня не испугаешь!
Он побежал в обход — через соседний двор, где Манморики сушили бельё на верёвках. Там он не заметил огромную лужу, оставшуюся после вчерашнего дождя, и плюхнулся прямо в неё с громким всплеском, подняв фонтан брызг.
— Ух! — сказал Ярик, выбираясь из лужи и отжимая полу пиджака. — Как всё вовремя! Теперь я мокрый, но зато чистый! Ну, почти! И главное — смыл неудачу, которая погналась за мной! Чёрная кошка? Пфф! Я её перехитрил!

Он стряхнул с одежды капли воды, осмотрел шляпу — шляпа оказалась совершенно сухой, будто её специально берегли от воды, — и побежал дальше, оставляя за собой мокрые следы на тротуаре.
По пути ему встретилась группа Манмориков-подростков, которые играли в мяч светящимся шаром. Один из них, заметив Ярика, крикнул:
— Эй, Ярик! Куда так мчишься? Опять что-то задумал?
— На Марс лечу! — крикнул Ярик в ответ, не сбавляя скорости. — Хотите со мной?
Подростки переглянулись и расхохотались, решив, что Ярик, как всегда, шутит. Но в его глазах горел такой огонь, что один из них — высокий Манморик в кепке — задумчиво проводил его взглядом.

Вскоре Ярик добрался до домика Мастика, Кластика и Топорика. Домик был маленький, уютный, но со стороны казалось, что он дышит паром — из высокой трубы валил
густой дым с искрами, из окон лился яркий жёлтый свет, и слышались оттуда странные звуки: скрежет металла, писк механизмов, лязг инструментов, и чей-то механический голос, который монотонно повторял: «Я всё уберу! Я всё уберу! Я всё уберу!»
Ярик влетел в дверь без стука — он всегда так делал, потому что считал, что стук отнимает драгоценное время, да и негоже таким известным личностям, к которым он себя причислял, обременять себя какими-то там стуками.
Внутри было не протолкнуться от деталей, инструментов и полуразобранных механизмов. В центре комнаты, на большом верстаке, стояло нечто, отчего у Ярика сначала отвисла нижняя губа, а потом глаза заблестели от восторга.

Мастик, Кластик и Топорик стояли посреди комнаты, и перед ними возвышался робот. Нет, не просто робот — это был робот-помощник по дому, созданный из старых кастрюль, велосипедных цепей, лампочек и множества других деталей, которые Манморики обычно выбрасывали. У него были три руки: одна с тряпкой, другая с мини-пылесосом, а третья с ведром на шарнире. Голова у него была похожа на перевёрнутую кастрюлю с антенной, а глаза светились зелёным светом, мигая в такт словам.
— Отлично! — сказал Мастик, подкручивая какую-то гайку отвёрткой. — Теперь он умеет подметать, мыть и пылесосить одновременно! И даже поливать цветы!
— И ещё говорить! — добавил Кластик, вытирая руки о комбинезон. — Скажи, робот: «Я всё уберу!»

Робот послушно повторил своим механическим голосом:
— Я … всё … уберу! А … потом … я … уберу … себя!
Топорик, который до этого молча осматривал крепления
на ногах робота, поднял голову:
— Зачем?
— Чтобы … не … мешаться! — ответил робот и закашлялся искрами, из его «рта» вылетело облачко пара.
Ярик стоял на пороге, открыв рот, и смотрел на это чудо техники. В голове у него промелькнула мысль: «А что, если использовать такого робота на Марсе? Пусть изучает марсианские кратеры!» Но потом он вспомнил, зачем пришёл, и шагнул вперёд, расплёскивая воду с ботинок.

— Мастик! Кластик! Топорик! — закричал он, размахивая руками. — Бросьте этого робота! У меня идея гениальнее!
Все трое обернулись. Мастик поднял бровь, Кластик уронил гаечный ключ, а Топорик медленно отложил молоток.
— Ярик? — удивился Мастик, разглядывая мокрого, взъерошенного Ярика со шляпой набекрень и каплями воды на носу. — Ты чего такой мокрый? Ты в реку упал?
— Я упал в лужу! — гордо ответил Ярик, стряхивая воду с
рукава. — Но это не важно! Важно то, что я придумал! Мы летим на Марс!
   
Кластик оторвался от робота и посмотрел на Ярика так, будто тот только что предложил перекрасить Луну в зелёный цвет или пересадить все одуванчики на площадь.
— На Марс? — переспросил он медленно. — Зачем?
— Как зачем? — воскликнул Ярик, забравшись на стул, чтобы его было лучше видно. — Там живут марсианские
Манморики! Я видел их лица в интернете! Они точно есть! Маленькие, зелёные, с антеннами! Мы должны слетать туда, найти их, подружиться и привезти сюда! Представляете, какой сенсацией это будет?!
   
Мастик вздохнул и вернулся к роботу, взяв в руки паяльник:
— Ярик, — сказал он устало, — у нас сейчас важная работа. Мы создаём робота, который будет помогать по дому. Он сможет убирать, готовить и даже делать уроки! Представляешь, больше не придётся тратить время на домашние дела!
— Уроки? — фыркнул Ярик, спрыгивая со стула. — Кому нужны уроки, когда у нас есть Марс? А ваш робот — это же просто игрушка! По дому можно и самому убраться, если захотеть! Подумаешь, великое дело — робот-пылесос! Мои дедушка и бабушка всю жизнь без роботов жили!
— Обижаешь, — сказал Топорик, скрестив руки на груди. — Это не просто робот-пылесос. Это робот-уборщик-повар-репетитор. Он даже умеет штопать носки!

Ярик закатил глаза так далеко, что, казалось, они вот-вот исчезнут за шляпой:
— Носки? А марсиане? У них, может, вообще носков нет! Они ходят босиком по красному песку! Мы должны узнать их культуру! Мы должны привезти их на Землю, чтобы все на нас смотрели и восхищались! «Вот они, — будут говорить, — Ярик и его команда! Они первые, кто нашёл марсиан!»
Мастик и Кластик переглянулись. В их взглядах читалось: «Опять он за своё».
— Ярик, — сказал Мастик терпеливо, откладывая паяльник, — ты от нас чего хочешь?
— Чтобы вы построили ракету до Марса! — прокричал
Ярик голосом, не терпящим возражений, и топнул ногой для убедительности. — Но не простую ракету, а большую! Чтобы поместились все желающие! И провизия! И оборудование! И чтобы на обратном пути можно было взять с собой нескольких марсиан!
— Несколько марсиан? — удивился Кластик, поправляя защитные очки. — А они зачем? И захотят ли лететь? Вдруг они нас съедят?
— Конечно, захотят! — уверенно сказал Ярик, хотя в глубине души сам не был уверен. — Кто откажется посмотреть на Приозёрный городок? У нас тут красиво! Мы покажем им речку Хрустальную, Пухлик угостит их своими фирменными пирожками с грибами... Они будут в
восторге! Может, даже останутся жить!

Мастик почесал затылок, оставляя на коже чёрную полосу от машинного масла:
— Это большая работа, — сказал он задумчиво. — Ракета до Марса должна быть в сто раз сложнее, чем наш робот-помощник. Для неё нужны топливо, системы жизнеобеспечения, связь с Землёй, защита от радиации, гравитационные компенсаторы... Мы не справимся за один день.
— А за сколько справитесь? — спросил Ярик, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
— Недели за три, — ответил Кластик, прикидывая в уме. — Если не отвлекаться на роботов. И если Мудрик поможет с расчётами траектории.
— Тогда начинайте работать! И начинайте немедленно! — воскликнул Ярик, указывая пальцем на верстак. — Робот может подождать! А я пойду к Мудрику! Он мне нужен, чтобы рассчитать курс! Без него мы заблудимся в космосе!
Он уже развернулся к выходу, но остановился на пороге и добавил, обернувшись:
— И не забудьте сделать в ракете большой холодильник! Пухлик говорит, что без еды никуда! И ещё игровую комнату! И библиотеку! И...

С этими словами Ярик вылетел из домика, оставляя Мастика, Кластика и Топорика в состоянии лёгкого шока. За дверью было слышно, как его шаги удаляются по тропинке.
— Он серьёзно? — спросил Кластик, глядя на Мастика.
— Похоже на то, — вздохнул Мастик, снимая защитные очки и протирая их о комбинезон. — Бросай робота, Кластик. Похоже, у нас начинается новый проект. «Марсианская экспедиция Ярика»... Звучит как название детской книги.
Робот, который всё это время стоял в углу и моргал зелёными глазами, обиженно пискнул:
— А … я? Я … всё … уберу!
Мастик повернулся к нему:
— Ты потом уберёшь чертежи ракеты, — сказал он. — Если, конечно, сумеешь. И если Ярик не передумает к завтрашнему утру.

Робот задумался, заискрил сильнее обычного, из его «головы» пошёл дымок, и он выдал:
— Я … умею … убирать … всё, кроме … чертежей.
— Почему? — спросил Топорик, подойдя ближе.
— Потому … что … чертежи — это … большая … бумага, они … в … ведро … не … поместятся, — ответил робот с таким достоинством, на которое только способен механизм с кастрюлей вместо головы, и с громким щелчком замолчал, погрузившись в режим ожидания.

Продолжение приключений и другие книги Владимира Могола — на авторском сайте.
Там собраны истории о путешествиях в другие миры, тайнах, волшебстве и необычных героях.
Открыть библиотеку книг ;  https://vmogol.ru/