Чужая в отражении

Я глянула в трюмо — и замерла от страха.
Там кто-то смотрит на меня.
Чужая женщина с повадками монарха,
Из ледяного хрусталя.

Я помню, как вошла в стеклянные палаты,
Где правит скальпель и игла.
Мне говорили: «Будешь вечно ты богата,
Сотрёшь со временем дела».

Смотрю в трюмо — и не могу узнать.
В глазах стеклянных — ледяная гладь.
Хотела стать моложе и красивей,
А стала лишь на карточке безликой.

Всё началось с укола и ножа.
Врач говорил: «Остановись, нельзя!
Ты хороша, не нужно резать кожу».
Но я его не слушала, похоже.

Я резать продолжала день за днём:
То нос поправлю, то глаза при нём.
Мне было мало, я вошла во вкус,
Считалась некрасивой, «мёртвый груз».

Теперь смотрю на мужа у стола.
Он рядом, но не смотрит мне в глаза.
Он гладит руку, словно лёд холодный,
И стал со мной какой-то несвободный.

Подруга детства больше не звонит,
В гостях сидит, в тарелку вниз глядит.
Шепнёт: «Прости», — и быстро прочь бежит,
Как будто рядом призрак мой стоит.

Смотрю в трюмо — там женщина чужая.
Она красива, только неживая.
И я не знаю, как ей рассказать,
Как мне по той, вчерашней, тосковать.