Русалка в ванной в моей голове

Капает кран на расшатанный нерв,
В кафеле белом танцует сквозняк.
Я для неё - измельчавший резерв,
Море, зажатое в тесный кулак.
Пена морская из мыльных сирот,
Губка на полке как брошенный риф.
Кто там на дне моем песни поёт,
Жабры под панцирем рёбер сокрыв?


Плеск. Вдох. Скользкая струя.
Там, где был разум - теперь моря.

Припев
Русалка в ванной в моей голове,
Плетёт венки из забытых долгов.
Ей тесно в этой смешной синеве,
Среди эмалевых берегов.
А я боюсь повернуть вентиль вправо
Ей нужен шторм, а не эта отрава.


Трубы гудят, словно кит взаперти,
Волосы-водоросли душат слив.
Мне бы к соседям за солью зайти,
Но я остался, её приручив.
Смотрит в глаза мне зеленой тоской,
Бьет по эмали хвостом в тишине.
Я эту тайну накрою рукой,
Пусть она плавает только во мне.


Всхлип. Брызги. Влажный полумрак.
Мой драгоценный, чешуйчатый враг.

Припев
Русалка в ванной в моей голове,
Плетёт венки из забытых долгов.
Ей тесно в этой смешной синеве,
Среди эмалевых берегов.
А я боюсь повернуть вентиль вправо
Ей нужен шторм, а не эта отрава.


Высушить память? Да как же посметь!
Там, под затылком, пульсирует дно.
Это не шиза, а верная смерть
Пить этот воздух, когда мы одно.



Припев
Русалка в ванной в моей голове,
Плетёт венки из забытых долгов.
Ей тесно в этой смешной синеве,
Среди эмалевых берегов.
А я боюсь повернуть вентиль вправо
Ей нужен шторм, а не эта отрава.