Похмелье оловянного солдатика

В луже из красного кьянти тонет картонный камзол.
Пайка свинца под ребром тянет на струганый пол.
Кто-то вчера играл марш, вывернув ноты на стол,
Только камин давно пуст, а генерал ушёл.


Пируэт на краю пропасти,
Сломаны лопасти, нет больше доблести.

Припев
Тяжёлое похмелье оловянного солдатика,
Сгорела в огне вся смешная романтика.
Оплавлен мундир, и хромает грамматика,
Смертельное похмелье оловянного солдатика.


Чёртов щелкунчик разгрыз самый последний патрон.
В штопоре скомканный вальс, мыши штурмуют балкон.
Где-то гремят барабаны, гонят на новый кордон,
Но в котелке только спирт, слёзы да призрачный сон.


Тени от старых игрушек
Прячут окурки средь плюшевых стружек.

Припев
Тяжёлое похмелье оловянного солдатика,
Сгорела в огне вся смешная романтика.
Оплавлен мундир, и хромает грамматика,
Смертельное похмелье оловянного солдатика.


Брось командирский приказ, мы отслужили сполна!
Пусть из карманов пустых льётся больная весна.
Плавилась стойкость в печи, выкипела до дна,
Это не наша война. Больше не наша война!



Припев
Тяжёлое похмелье оловянного солдатика,
Сгорела в огне вся смешная романтика.
Оплавлен мундир, и хромает грамматика,
Смертельное похмелье оловянного солдатика.


Спи, мой вояка, усни.
Гаснут огни. Гаснут огни.