Воин СВО о доме

У нас жил мужчина, снимал с семьёй хату в доме.

Работал в магазине нашем, он при доме.

Раньше там была наша столовая Интуриста, где я проработала 6 лет.

Вобщем потом мужчина уехал, семья осталась тут. Пропал.

Я не знала, где он и что с ним. У нас уже люди из дома погибли, пропали.

Там на СВО. Он вернулся, думали, что поехал свой дом чинить.

Оказывется он ушёл тоже на СВО. Ходит в защитном.

Разговорились как-то. Помнит он инцидент в магазине с продавцом.

Спросил меня, как я живу. Мой ответ, что всё также. Борьба.

И тогда он сказал, что дом наш очень плохой, люди гнилые, убедился сам.

За спиной шептуны, зависть, злые. Я же ему говорила об этом.

Теперь особо находясь там на передовой, человек острее чувствует несправедливость.

И сверяет всё по иному компасу. Добро и зло, предательство видно явно.

Предательство соседей и травля хорошего человека.

Он всё понял. Сегодня снова столкнулась с этим.

К нам прибыли из Дружковки семья, живут рядом со мной.

В хате своего деда, нашего ветерана, как я. Он где-то в городе мается.

Прибыли и стали жить. Их четверо, мать, отец, дочь и сын.

Давно я спасла этой женщины мать и её саму от смерти, кошку тоже.

Потом мать умерла.

Теперь сын её хулиганит. Ему сделала уборщица замечание, родители не здороваются.

Он водит сюда всю шарагу свою. Подрос и стал хамить и мне, и все его друзья.

Уж до чего дошло, забрались на кресло чужое с ногами на спинку.

Могли сломать, всю грязь к нам носят, шумят, хамят. И не скажи ни слова.

А как понадобилось включить холодильник, ко мне сразу.

Мать, та девочка спасённая здоровается через губу, тоже такая.

Так что приехали бандеровцы сюда, мало нам своих.

А в коридоре цветы у меня сломали, все на кресле спят, сидят, курят, пьют.

Всё оккупировали несчастные беженцы. И не только они. Стал у нас притон.

Диваны и на втором этаже, но туда никто не ходит, а к нам можно всем.

Другой сосед мальчишка подрос и давай задевать тоже.

Всё время забирает мои стулья на полянке. Люди там сидят, отдыхают.

Я всё принесла, панели, стулья, сама носила.

Мальчишка хвастается, что они украли. И так каждый день.

Вот какие ушлые даже детки. И в магазине учил воровать друга.

Дети налетают на взрослых. Что с них взять, такими и растут хамами.

Сколько их росло на моих глазах. Нападали, кидали дерьмо на балкон. Сливы.

Одни подрастали, им на смену другие приходили и опять хулиганили.

Вот уже третья смена поколений. Теперь эти уроды выросли.

Помню, я одного, отца этого дебила врезала в стенку как-то, заслужил.

И дед его нападал тоже, получил своё, не выходит, в коляске сидит.

Но другие как-то признались мне, что все были у меня в гостях.

Это были лучшие времена для них. Ведь так, как я, никто не занимался с ними.

У нас были показы-диафильмы и прочее, уроки учили.

Рассказывала им много интересного, они все просились ко мне хоть на время.

Вспоминают с теплом, благодарят. Но не все. Есть один Саечка был в детстве.

Не вылезал от меня, от нас. У меня своих двое детей.

Их родители враги мои--два брата .  Уж как они меня кастили оба.

 А я с их детьми занималась, забыли. Теперь и внук сюда в коридор приходит.

Им всё можно, они везде хозяева, так их учат их деды.

Деткам выросшим я напомнила, что было и у кого они обретались в детстве.

Но хамья в доме и всякого сброда хватает.