Алкиона
Пусть шторм ревёт! Пусть море бьёт в гранит,
Гори, фонарь! Свети, молю, свети!
Пусть небо чёрным саваном висит,
Зови его, сквозь темень и дожди.
Я выбрала тебя большим, как день,
И подняла с трудом на высоту.
Чтоб он увидел свет сквозь ночи тень,
Чтоб не забыл дорогу и мечту.
А ты свети, фонарь мой и зови!Ветрам, и вОлнам, и беде назло.
Пока я жду и верю, свет горит,
Ждёт дома вкусный ужин и тепло.
Я выплакала море. Целый мир
Солёной влаги —слёз моих поток.
Не в силах, даже, радиоэфир
Поймать сигнал. Но нам поможет Бог.
О, Боже, правый, слышишь, помоги!
Дай силы! Дай надежды! Веры дай!
Убереги его! Убереги!
И возврати домой! Не забирай!
Я "Отче наш" читала сотню раз,
Молитвенник учила наизусть...
Постигла смыслы незнакомых фраз-
Зловещей пыткой стали боль и грусть.
Я проглядела все глаза, смотря
На дикие валы, на пену... в тьму.
Я больше не могу. Услышь меня,
О небо, помоги! Тебя молю!
Блесни лучом сквозь дождь, ветра и град,
Чтоб он сумел! Чтоб он не сбился! Чтоб
Он путь нашел сквозь шторма вой и ад!
Чтоб не сорвался! Чтобы не утоп!
Мой ангел, путь- дорогу укажи:
К террасе, к плитам, к пледу и цветам...
Ты поддержи, направь и подскажи,
И приведи его живым сюда.
Он смастерил когда-то табурет,
А позже сделал кресло для меня.
Мне не нужны цветы, терраса, свет,
Плед, израсцы и чашка, и фонарь.
Я песни ветра слушать не хочу!
Я не хочу свет видеть среди туч.
Я, бросившись с утеса замолчу
И выброшу от этой жизни ключ.
... Потом лампады свет и тишина.
Лишь, лик святой. И больше никого.
Плед, чашка стул и, лишь она ушла,
Простившись с жизнью быстро и легко.
А за утесом из морской волны
Две ярких птицы взмыли в небеса.
И были их красой удивлены
Утесы, волны, горы, паруса.
Пусть шторм ревёт. Пусть море бьёт в гранит,
Пусть будет небо черное, как ад.
Пока кого - то ждут, фонарь горит
И зимородки над волной кружат.
Алкио;на (древне-греческое ;;;;;; — зимородок), в латинской транслитерации — Альциона.
9.10.2026.
Лариса Рудковская
Свидетельство о публикации №126100907535