Вердикт истории на перекрёстке веков

На перекрёстке всех земных ветров,
Где гор хребты впиваются в столетья,
Рождался рок из памяти и слов,
Сплетаясь в исторические сети.
Не по приказу, просто — в трудный час,
Когда чернело небо от пожаров,
Россия шла, не отрывая глаз
От тех, кто ждал спасенья от ударов.

Армения хранит в камнях своих
Тот горький дым и древние знамёна,
И Грузия в ущельях боевых
Скорбит, как крепость пала сокрушённо.
А мы шагали сквозь седую мглу,
Мосты тянули над седой пучиной,
Несли покой и свет в чужом углу,
Связав сердца историей единой.

Теперь дороги врозь, и в этом боль,
Свобода — это крылья и паденье.
Мы до конца свою сыграем роль,
У каждого — своё предназначенье.
Пусть чашу каждый выпьет до краев,
Ища свой берег в море одиноком,
Средь новых истин и чужих богов,
Подвластный только времени урокам.

Три голоса сплетались в общий гул,
В молитвах и глазах, застывших в горе.
Но ветер времени другой подул,
Развёл пути в стремительном раздоре.
Не злоба движет — горечь и покой,
Желанье доказать себе и свету,
Что можно путь осилить свой иной,
Не веря больше древнему завету.

Но если станет в поле холодать,
И эхо прошлых лет в горах очнётся,
Быть может, память сможет подсказать,
Как голос наш в единый хор сольётся.
История не судит — лишь хранит
Следы шагов, засыпанные пеплом,
И старый камень тихо говорит
О днях, развеянных по миру ветром.

Их поманил далёкий блеск чужой,
Мираж из сладких грёз и обещаний.
Они пошли за призрачной мечтой,
Не побоявшись долгих расставаний.
Там, у других, у западных брегов,
Всё ищут долю лучшую, иную,
Стряхнув и веру предков-стариков,
И эту землю, сердцу дорогую.

Придёт прозренья час в тиши ночной,
Когда туман рассеется над миром,
Рок прозвучит надломленной струной,
Лишь холодом дыша в краю чужбины.
Видать, им на роду было дано —
Познать обман, доверившись гордыне,
И пить судьбы тяжёлое вино,
Как горький сок в затерянной пустыне.