В хирургии

В хирургии
Этот год выдался «урожайным»: я уже пять раз подряд лежал в больнице. В этот раз — в хирургии.
Палата небольшая. Кроме меня, здесь лежало ещё три паренька. Один постарше: он был ловок, дерзок и остр на язык; и двое примерно моего возраста — обычные шкодливые, весёлые ребята, готовые рассмеяться по любому поводу.
Я кое-как обжился на своём месте, расположил вещи. С ребятами ещё не был знаком, но видно было, что, как и я, они заселились сегодня и им тоже неловко и конфузно.
В этих раздумьях в комнату вошёл человечек. Совсем хрупкого телосложения, с острым носом и маленькой головой. И очень громко, как на плацу, начал чеканить слова, а в конце произнёс:
— Моя фамилия Тихий, я ваш лечащий врач...
Пауза повисла в воздухе. Про себя я подумал: «Ничего себе "тихий"». Врач ознакомил нас с кое-какими процедурами и ушёл.
Мы с ребятами познакомились и уже кое-что знали друг о друге, как в нашу комнату вошла тётка. Очень высокая женщина с рыжей копной волос на голове и рябым лицом.
— Моя фамилия Белая, — произнесла она.
Это была старшая сестра. Она ознакомила нас с правилами больницы и довольно быстро удалилась. Когда дверь за медсестрой закрылась, «старший» шутливо произнёс:
— Что у них с фамилиями? То Тихий не «тихий», то Белая — «рыжая».
Нам стало смешно, и все засмеялись.
Мы долго вспоминали, какие есть фамилии, перечисляли и жутко хохотали: толстая повариха — Сметанина, строгий учитель — Строганов, лысый директор — Лысенко, медсестра — Уколова. Это были простые русские фамилии, так внезапно подходящие под стать каждому. Но нас было не остановить: нам было смешно и весело.
На наши вопли прибежала постовая сестра.
— Что у вас за шум, мальчики? — спросила она.
Мы переглянулись и замолчали.
— Скоро к вам на обход придёт ваш хирург — Топоров Иван Иванович, — продолжила она.
Мы переглянулись и нервно захихикали: я икал, Вовка, чья кровать напротив, жевал подушку, Борька держался за живот, Митяй катался по полу.
— Что я смешного сказала? — недоумевала медсестра.
Мы продолжали громко смеяться.
В палату вошла грузная тётка с ведром и, не обращая внимания на наш смех, принялась убирать.
— А как ваша фамилия? — спросил старший уборщицу. — Не Мойщикова, случайно?
— Нет, — робко ответила она, вглядываясь в лица, пытаясь понять суть вопроса. — Ведрова я, — и продолжила заниматься своим делом.
Мы уже не могли хохотать, животы болели, кто скулил, кто подвывал. Медсестра махнула рукой и вышла.
Уборщица ушла, мы начали успокаиваться. Как вдруг заходит медсестра с нашими картами и громко начала звать нас по фамилиям:
— Большунов, Мальчишкин, Киселев, Смешнов — на процедуры!