Вчерашняя жизнь

Я в горло себе — кипятку из стакана,
С утра голова, как литой самогон.
А в ней хороводят обрывки тумана:
Вчера, СВО, чей-то плач, чей-то стон.

Я помню: сидел, как последний разбойник,
Жевал ту котлету — ей-богу, сочна!
А рядом бубнил старый сонный приёмник,
Что снова война. И что это — зима.

И солнце палило в затылок мне с крыши,
А я ему — кукиш! — и так горячо.
Сосед мой, Серёга, который не вышел,
Подставил кому-то под пулю плечо.

То ль завтра подставил, то ль это — вчерашним...
Давно он уехал, махая рукой.
Сказал: "Разберёмся со всяким продажным!"
А сам — под плитою лежит под сырой.

И всё закрутилось, как в дьявольской пляске:
Жара, новостей ядовитая плеть,
Котлета на кухне, казённые каски,
И чья-то в эфире растерзанна медь...

...Я в рацию крикнул: "Победа! За нами!" —
Проснулся в поту, а в руках — телефон.
И лето горит всё такими огнями,
Что чудится мне — это мой полигон.

Политика, сводки, тяжёлые мысли,
И вкус той котлеты, и Серый в земле...
Как будто мы все на верёвке повисли,
И кто-то считает узлы в полумгле.

Я выйду на воздух, где тополь качает
Своей головою, как старый солдат.
Он тоже, похоже, не всё понимает:
Кто прав в этой бойне. Кто в ней виноват.

Но лето проходит. Скрипят половицы.
И надо бы встать и налить себе чай.
А мне до сих пор эта сволочь приснится —
Вчерашняя жизнь, что сказала: "Прощай".