Марья краса длинна коса

Здравствуй юный человек,
От меня тебе привет.
Это я, твой старый друг.
Меня сказочник зовут.
Много сказок ты слыхал,
В королевствах побывал.
В тридевятом, в тридесятом.
Не бывали в тридцать пятом.
Вот сейчас туда пойдём,
Сказку новую найдём.
Всем жилось там хорошо,
И уютно и тепло.
Царь с царицей мирно правил,
Жили все согласно правил.
Не убий, не укради,
Кому трудно помоги.
 И царевна там была,
Марьей звалася она.
Золотисты волоса,
А ещё длинна коса.
Сама Марьюшка была
Не спесива и умна.
Красотою не хвалилась,
Бог ей дал, его то милость.
А ещё в том государстве,
В этом тридцать пятом царстве 
Бабка старая жила.
Век жила, но не одна.
Рядом с ней внучонок рос.
И до юноши дорос.
Как и многих, звали Ваней.
Ох, красивый вырос парень.
И случилось тут такое,
Марью увидал у моря.
Хоровод она водила,
Звонку песню заводила.
Полюбил её Иван,
«За неё я жизнь отдам».
Но случилась тут беда,
И для всех она одна.
Налетел на царство змей,
А с ним двое сыновей.
Сам он девятиголовый,
Старший сын шестиголовый,
Ну а младший, он трёхглавый,
След от них всегда кровавый.
Старший закричал слова:
«Слушайте, народ, сюда.
Царство я огнём спалю,
Всех людей я погублю.
А хотите быть живыми,
А не мёртво ледяными,
Каждый день к Буян-горе,
На вечерней, на заре,
Девушка должна прийти,
Дальше у ней нет пути.
К дубу вы её вяжите,
И спокойно уходите.
Для меня и сыновей
Будет ужин. Поскорей
Вы решайте очерёд,
Кто сегодня подойдёт».
Все расплакались, конечно,
Но что делать, интересно.
И с тех пор, и каждый день
К дубу девушка, как тень,
Ожидает смерть свою.
И мне страшно, говорю.
Змей хвостатый подлетал,
Юну деву пожирал,
А на следующий день
Змей другой, такой злодей
Жертву новую хватал,
Кости в озеро бросал.
А потом и младший брат
Совершал такой обряд.
По утру Иван проснулся
И, конечно, ужаснулся.
Весть прошла, что нынче к дубу,
Выведут Ванюши любу.
Он к бабуле: «Помоги,
Мне рубаху собери,
В чистом надо воевать,
И любимую спасать.
Змея лютого убью,
Или жизнь свою сгублю.
Но без Марьи жизни нет.
Дашь ли мне какой совет?»
Бабушка запричитала:
«Тут одной рубашки мало.
Вот тебе ещё одна,
Из крапивицы она.
Змей начнёт тебя кусать,
Здесь крапива благодать,
Язык мигом обожжёт,
Хоть чуть-чуть обережёт».
«За совет тебе спасибо.
Буду биться я ретиво,
И рубашка мне поможет,
А иначе быть не может».
Вот собрался наш Иван,
И пошёл к горе Буян.
Взял он острую косу,
Взял он палицу красу.
Ох, тяжёлая она,
Так железная была.
Дуб столетний на Буяне,
Марью в красном сарафане
К дубу цепью золотой
Приковали, боже мой.
Марья Ваню увидала,
И тот-час же зарыдала.
«Ты зачем пришёл сюда?
Надвигается беда.
Добрый молодец спасайся.
Злого змея опасайся.
Время мне здесь погибать.
А тебе за что страдать?»
Ваня молча цепь порвал,
И таки слова сказал:
«Ты не бойся ничего,
Одолеем мы его.
Я посплю недолгим сном,
Разбуди меня потом,
Когда туча подойдёт,
Ветер громко заревёт,
Море всколыхнётся,
Земля затрясётся».
Спит Иван, а Марья бдит,
И за морем всё следит.
Вдруг всё мигом изменилось.
Море будто взбеленилось,
Ветер воет и земля,
Сотрясается она.
Из волны морской суровой
Змей выходит трёхголовый.
Марья Ваню разбудила.
Против силы, будет сила.
«Ты Иван зачем пришёл,
Лучше дела не нашёл?
Ведь тебя я тоже съем,
И не жалко мне совсем».
«Ты, смотри, не торопись,
Коль успеешь, удивись.
У меня остра коса,
Совершает чудеса».
Размахнулся он косой,
Три головушки долой.
Серый камень приподнял,
Три головушки собрал.
Языки поотрезал,
Да и в сумку побросал.
Головы под камень бросил,
Был, конечно, очень вёсел.
Богатырским сном заснул.
Бой Марию ужаснул.
Толи радоваться, толь плакать.
Страх, куда его запрятать.
Марья села на песок,
Успокоилась чуток.
Вани голову подняла,
На колени опускала.
«Отдыхай мой богатырь,
Да спасёт нас Алатырь».
Вдруг опять идёт беда.
Туча в небе и вода
Всколыхнулась в синем море.
И на водном, на просторе
Змей теперь шестиголовый
К берегу шагает. Снова
Надо битву начинать,
Ваню надо пробуждать.
«Ваня, Ванечка проснись,
Поскорей, поторопись.
Смерть идёт на встречу нам
По морским, да по волнам».
Ваня тут же встрепенулся,
За косой своей метнулся.
К бою он уже готов.
Ясно всем без лишних слов.
«Ты Иван зачем пришёл,
Лучше дела не нашёл?
Ведь тебя я тоже съем,
И не жалко мне совсем».
«Ты, смотри, не торопись,
Коль успеешь, удивись.
У меня остра коса,
Совершает чудеса».
Ваня наш взмахнул косой,
Вот и три главы долой.
Ну а три огнём палят,
Дымом дышат, и хотят
Выжечь Ванины глаза.
Ваня против, а Змей за.
Но тут Марьюшка-краса
Совершает чудеса.
Долгой, золотой косой
Захлестала, боже мой.
По глазам лютого Змея.
«Делаю, как я умею».
Змей, конечно, обернулся,
Ваня наш не промахнулся.
Три последних головы
На зелён траву легли.
Ваня всё, как в прошлый раз,
Сделал также, и сейчас
Лёг на золотой песок,
Чтоб поспать ещё чуток.
Марья С Ваней села рядом.
Видит, всё идёт как надо.
Вани голову подняла,
На колени опускала.
«Отдыхай мой богатырь,
Да спасёт нас Алатырь».
Вдруг опять идёт беда.
Туча в небе и вода
Всколыхнулась в синем море.
И на водном, на просторе
Старший Змей девятиголовый
К берегу шагает. Снова
Надо битву начинать,
Ваню надо пробуждать.
«Ваня, Ванечка проснись,
Поскорей, поторопись.
Смерть идёт на встречу нам
По морским, да по волнам».
Ваня тут же встрепенулся,
За косой своей метнулся.
К бою он уже готов.
Ясно всем без лишних слов.
«Ты Иван зачем пришёл,
Лучше дела не нашёл?
Ведь тебя я тоже съем,
И не жалко мне совсем».
«Ты, смотри, не торопись,
Коль успеешь, удивись.
У меня остра коса,
Совершает чудеса».
Страшна битва началась,
Волна в море поднялась,
Лес шатает на корню,
А Иван: «Стоять! Стою».
Семь голов уже долой,
Держись Марья я с тобой.
Ну а две как сговорились,
И за Ваню зацепились,
Ну да не пошли дела,
Их крапива обожгла.
Бабкино пришло спасенье,
Знать сегодня воскресенье.
Тут и Марья помогла,
И косою как могла
Змею по глазам хлестала,
Ох, поверьте, то не мало.
Ваня две главы срубил.
Всех злодеев победил.
«Ванечка, тебе спасибо.
Бился очень ты ретиво.
Спас меня и всю страну.
Я тебя благодарю».
«Мне тебя спасать награда,
Для меня же ты отрада,
Я давно люблю тебя,
В сердце образ твой храня».
«Коли так и я не скрою,
Для меня не только воин,
И всесильный богатырь.
Ведь любовный элексир
Выпит среди бела дня,
Я любима, я твоя.
Ты мой суженый теперь,
А вернёмся, ты поверь,
Свадьбу дома мы сыграем,
Перстень я тебе вручаю,
То залог моей любви.
Ваня, ты его прими».
Ваня перстень надевает.
Самого его качает,
Ведь умаялся, нет сил.
Богатырский сон свалил.
Спит Иван, а Марья бдит,
Сон Иванушки хранит.
Но беда опять пришла,
Видно бродит не одна.
Воевода на коне
Ехал в этой стороне.
Голова сухой стручок,
В общем тот ещё видок.
Увидал, что Ваня спит,
Сон тяжёлый,  бог хранит.
Под камнями куча глав,
И. конечно, всё собрав,
Марью тут же он схватил,
Острый ножик навострил.
«Скажешь так как я велю,
А иначе разрублю,
Я Ивана на куски,
Будет время для тоски.
Ты царю вот так поведай,
Что решил я наши беды.
Королевство и тебя
Спас я, верности храня,
Ты решила стать женой,
Сохраняя мой покой.
А иначе, не взыщи,
И молчи, и не ропщи».
Во дворец вернулись оба.
«Свадьба будет будь здорова.»
Говорит веселый царь,
«Ведь закончилась печаль.
Воевода победил,
И в награду будет пир».
Ваня трое суток спал,
А проснулся и попал,
В ситуацию плохую,
Кто придумает такую?
То есть попал, как кур в ощип.
Ваня действуй, поспеши.
Марьи нет, и нет голов,
«Что мне делать, нету слов.
Надо мне домой вернуться,
Кривде правдой обернуться».
Ваня в город свой вернулся,
И, конечно, ужаснулся.
Бабушка ему сказала,
Во дворце хлопот немало.
Черёд свадьбы настаёт,
Царь дочь замуж выдаёт.
А жених, сам воевода,
Он спаситель ведь народа.
Всех он змеев перебил,
И головья притащил.
Марью спас он от злодеев,
А зовут его Гордеем.
Ваня в баньку, там помылся.
В рубаху чисту нарядился,
Стал так свеж и так пригож,
Просто глаз не оторвёшь.
Вечером он во дворец,
Скоро сказочке конец.
Во дворце, там пир идёт.
Веселится весь народ.
Воевода в центре зала,
Хорохорится как пава.
«Кто вас спас от смерти лютой?
Ты смотри не перепутай.
Против слова моего
Не слыхать ни одного».
Марья бледная сидит
Плачет тихо и молчит.
Ваня в кубок мёд налил,
И колечко опустил.
Подозвал к себе чернавку,
И сказал всё по порядку:
«Поклонись Марье-царевне,
И скажи, что непременно,
Надо кубок осушить,
И до донышка допить,
За того кто её спас.
Пусть наступит правды час».
Марья кубок осушила,
Чуть кольцо не проглотила.
А колечко увидав,
Поняла, что Ваня прав.
Что он здесь, и он живой.
Воевода, ну постой.
И к царю с такою речью:
«Батюшка прости, конечно,
Но меня спасал не тот,
Кто здесь водит хоровод,
А спасал меня Иван.
Он пришёл сюда и сам
Может это доказать,
А другому не бывать.
Он мой суженный, и вот
Кольцо правду сбережёт».
Воевода: «Кто такой?
Отвечаешь головой.
Я все головы срубил,
Во дворец их притащил.
А, что можешь ты сказать?
Видно, смерть не миновать».
А Иван ему в ответ:
«Если змея ты убил,
И все головы срубил,
То скажи какой изъян
В головах. Играй Боян».
Воевода: «Все главы
Одинаково равны.
И изъянов у них нет.
Вот и весь тебе ответ».
Ваня пасти раскрывал
И гостям всем показал.
Языков то у них нет,
«Вот и весь тебе ответ.
Языки от тех голов
В моей сумке. Будь готов
Отвечать за то, что сделал,
Ты остался не у дела».
Марья тут же подбежала,
Ваню крепко обнимала.
Ну а свадьба продолжалась,
Только изменилась малость.
Воеводу, знать, прогнали,
И плетей, конечно, дали.
Ну, а Марья и Иван,
Обвенчались, что уж там.
Хорошо им там вдвоём.
Их оставим. А потом
Начинаем отдыхать,
Сны хорошие встречать.
Завтра будет новый день.
И мы встретимся, поверь.

          
           В. Лапин