Мой странный, прекрасный Мир

 Глава 4. Мой странный, прекрасный мир

Мне полвека с хвостиком. В душе — нерастраченный порох, не растраченная в полном объеме любовь, нежность, нужность. Много нереализованных идей и проектов. Нет, я не лузер, я самодостаточна как личность, как человек, и мне кажется — хороший человек.
Я всегда жила в своем мире: странном, но прекрасном для одной меня. Порой не слышала ни просьб, ни вообще ничего вокруг, если приходило вдохновение. Мир останавливался, и мне было неважно, что там происходит. Эту неординарность многие принимали за глупость, некультурность, заносчивость или инструмент для привлечения внимания. Но нет. Это была неординарность человека, который с молоком матери унаследовал музыкальность, умение правильно говорить, начитанность и хорошо поставленный голос. От отца же мне досталось главное правило: что бы ни произошло, неси себя с высоко поднятой головой, пусть даже весь мир против тебя. Та самая правильная гордость за свой талант к чему-то. И я его несла.
Наверное, это началось лет в шесть. Я оборачивалась в белую простыню, пародируя известную певицу в балахонах, подбирала по слуху «Не отрекаются любя» и давала живые концерты прямо во дворе. От природы имея кудрявую шевелюру, о прическе я даже не задумывалась. И в садике, и в школе ни одно мероприятие не проходило без моих выступлений. Однажды мама водила нас на концерт Шубарина — был такой прекрасный танцор, — а я, маленькая девочка, кричала не жалея связок на весь зал: «Саша, я люблю тебя!». За свою искренность я тогда получила его автограф. Так и шла по жизни, всё больше и больше с каждым годом, с каждым этапом взросления срастаться с музыкой и творчеством. Я не была полиглотом, нахватавшимся верхов: если мне становилось что-то интересно, обязательно изучала предысторию, вникая в детали, чтобы знать наверняка.
Вокруг меня всегда, с самого детства, были люди. Всем нравился мой взрывной нрав. Моя энергия очень часто направлялась не в мирных целях, но вреда окружающим она не несла — исключительно мне самой. Я много спорила в компаниях, доказывая свою правоту, и тоже часто себе в ущерб. При этом всегда оставалась самой собой, при любых жизненных перипетиях, никому не навязывая свою дружбу или любовь. Но люди, находившиеся рядом, задерживались около надолго. Искали долгосрочных отношений, считая меня порой каким-то идолом, что ли. Подражали в манере общения, цитируя мои множественные фразеологические обороты. Льстило ли мне это? Нет.
Незаметно став взрослым человеком, я однажды поняла, что вызываю зависть. Нет, не добрую, а именно зависть с немым вопросом: а за что ей это досталось, почему она это имеет, откуда у нее это появилось? В глаза подобное не говорилось — приходило через разговоры, слухи и сплетни. Но зачем я буду отвечать, что всё, что у меня было, появлялось или встречалось — это огромная работа? Порой очень тяжелая — как над собой, так и над желаемым. Я ничего в этой жизни не получила просто так. Всё приходило с большим опозданием. Но даже тогда многие думали, что я на коне. Это была витрина, за которой скрывалась совсем другая картинка — настоящая. Люди ведь практически всегда видят обложку, а не содержание.
Я творческий человек со всеми своими сугубо человеческими слабостями и тараканами в голове. Сильный человек со стальной волей. Мышиная возня и обсуждение моей личности мне неинтересны в принципе. Как пева моя единственная любимая певица: «Поживи в моей шкуре…».
И все же в душе я остаюсь той самой маленькой кудрявой девочкой, которая до самого последнего вдоха будет верить во всё хорошее, доверять людям и быть преданной своему предназначению.
Продолжение следует....