Сюита - Топинамбур

Абстрактное или даже сюрреалистическое видение того, чего никто не видит. Но все это есть, если остановиться хоть на минуту и поразмыслить над всем происходящим в жизни нашей. А далее у меня этот цикл стихотворений, который написан на основе интересного произведения «Проверкам на подлинность» Тьянаты Сакаулкья
http://stihi.ru/2026/09/30/419

Или семь голосов одной ночи…

Вступление

У дома моего киоск закрывался. Малиновый, красный? Поздно, всё.
Я помню желанья – но память теперь, как стекло, но не моё.
Визжащие псы разбежались, слизав с мостовой закат,
я имя твоё не пробую – я его ем. Назад
дороги нет. Полынь – это просто трава. И не боль.
Но обжигает, горчит. И это другая соль –
а соли всегда я рад!
Сказал – невпопад.

Голос оставшегося

Ночь крылом обнимала город – я не спал, я считал такси.
Ты просила не быть риторичным. Я молчал. Я дышал. Спаси.
Тарелки скрипели от чистоты, как совесть, что не у дел,
А суп остывал – и в нём топинамбур горчил, как удел,
вдалеке где-то за городом – поезд гудел.

У дома киоск закрывался. Малиновый? Поздно. Всё.
Я помню желанья – но память теперь, как стекло, а на нём вороньё.
Визжащие псы разбежались, слизав с мостовой закат.
Я имя твоё не пробую – я его ем. Назад
дороги нет. Полынь – это просто трава. Не боль.
Не обжигает. Горчит. И это – другая соль.

В карманах – не рифмы, ключи. И билет. И пустота звёзд
не взвесь, а просто налёт. И я не прохожий, не так себе,
не гость. Я – тот, кто остался мыть эту посуду.
Взбивать венчиком тишину. Не тема, а просто чудо,
что ты ещё здесь. Что губы – не подлинник, а черновик,
в котором исправлен каждый второй тупик.

Голос ушедшего

Ночь крылом обнимала город, а я в другом. Здесь другое всё.
Не проси меня быть риторичным. Я не слышу. Связь. Всё.
Тарелки скрипели от чистоты – я разбил свою. Не жалел.
А суп остывал. Топинамбур? Выбрось, он переспел.

У дома – киоск с леденцами. Я не помню, какой ты брал.
Я помню желанья – но это была не любовь, а скандал.
Визжащие псы подбирают глазурь, да пусть. Им идёт.
Я имя твоё не пробую. Я его – в расход.
Полынь – это просто сорняк. Не обжигает. Рвёт.
Я вырвал. Руки в земле. И это – другой оборот, другой народ,
другая страна, другой язык, другая боль.
Я больше не «Гость». Я не «Замри». Я – «Изволь».

В карманах – не рифмы. Билет. И пепел, и пустота.
Прямолинейно, в точку. Бесповоротно. Да.
Взбивать этот пик, как венчик – поздно. Прочь красота и мечта,
А вкус твоих губ – это, не это. Прошедшее. Ноль.

Голос киоска

Ночь крылом обнимала город. Я не спал. Я – киоск, я – жесть.
Никакой риторики. Просто выручка, просто есть.
Стёкла скрипели от чистоты – я протирал себя сам,
а в супе, что стыл наверху, топинамбур сластил по частям.

У дома – я. С леденцами. Малиновый, красный, клубничный? Был.
Я знаю желанья, но я их не выдам. Я – небо без сил,
я – ящик с замком, где глазурь затвердела, как старая кровь.
Визжащие псы подбирали её. Я молчал! Вновь и вновь.

В карманах – не рифмы. Окошко. И сдача, и пыль.
Прямолинейно и в точку. Бесповоротно. Быль.
Я не взбиваю, я продаю. Двадцать. Пятьдесят.
А вкус твоих губ? Я – не пробовал. Я – киоск, я – взгляд
без глаз. Я – замок. Я – «Закрыто» и я – «Учёт».
Я помню, но я не рассказываю. Никто не придёт,
никто не спросит. Я – точка, тире. Пробел.
Я всё сохранил. И я всё – стёр. Я этого вдруг захотел.

Голос супа

Ночь крылом обнимала город. Я – кастрюля, я – дно. Я – тишь.
Никакой риторики. Просто топинамбур. Просто кипишь,
который закончился. Тарелки скрипели от чистоты –
это меня туда наливали. Это был я. И это был ты.

У дома – киоск с леденцами. Малиновый, клубничный? Бери.
Я знаю желанья. Я знаю, что все уходят. Но они не внутри.
Визжащие псы подбирают глазурь с мостовой. Я – внутрь.
Я пробую имя на выдох. Полынь. И не морщусь. Пусть.

В карманах – не рифмы. Я – карманов не ношу. Я – суп.
Прямолинейно и в точку. Бесповоротно. Вкус
взбивать не умею. Я просто был, и я просто остыл.
И вкус твоих губ – это я не пробовал. Я – не был.
Я был съеден. Я не был ложкой. Я – был до дна.
Я всё отдал. И меня не стало. Вот и вся цена.

Голос полыни

Ночь крылом обнимала город. Я росла – трава. Я – зла.
Никакой риторики, просто горечь. Просто взяла –
и проросла сквозь асфальт, сквозь тарелку, сквозь суп, сквозь стих.
Тарелки скрипели от чистоты. Я – не мылась. Я – не из них.

У дома – киоск с леденцами. Малиновый, клубничный? Ложь.
Я знаю желанья. Желанье – одно, чтобы ты не всё ж.
Визжащие псы подбирают глазурь – пусть. Слаще им.
Я пробую имя на выдох и выдыхаю – дым.

В карманах – не рифмы, а корни. И звёзд ледяная соль.
Прямолинейно, в точку. Бесповоротно. Боль.
Взбивать этот пик, как венчик – не умею. Я – жгу и я жду.
И вкус твоих губ – это не это. Я – после. Как на беду.
Я – единственное, что осталось, когда всё сожгли.
Я – полынь, я – горечь. Я – память, я – соль земли.

Голос читателя

Ночь крылом обнимала город. Я читал. Был – экран. И – свет.
Никакой риторики, просто чужая кухня. Просто чуть-чуть согрет
чужим остывшим супом. Тарелки скрипели – я слышал. Скрип
дошёл через год, через восемь часовых, через тысячи строк. Прилип.

У дома – киоск с леденцами. Я не знаю, какой ты брал.
Я знаю желанья – но это не мне адресовал
автор. Визжащие псы – не мои. Глазурь – не моя, а твоя.
Я имя твоё не пробую. Я не знаю имя. Я –
никто. Я – читатель. И я тот, кто дочитал до конца.
Я – тот, кому не досталось ни леденца, ни кольца.

В карманах – не рифмы. Метро и билет. И домой.
Прямолинейно, в точку. Бесповоротно. Мой
вечер – не твой вечер. Но что-то звучит. И свербит?
Взбивать этот пик, как венчик – не мне. Но болит.
Болит не моё. И всё же – болит. И я здесь. И я в нём.
И вкус твоих губ – это не это. Я не пробовал, но помню. Днём.
Ночью в метро. На работе – нигде. Везде.
Я не полынь, которая проросла в чужой борозде.

Я – читатель, я – после. Я – эхо, я – тот, кто прочёл.
Я – тот, кто не был. И всё же – был. И это всё.
Остальное, как пепел – звучит борзо…
Катится в горизонт разбитое колесо.
И всё.

Послесловие

Ночь крылом обнимала город.
Тарелки отскрипели – тишь.
Суп остыл.
Киоск закрылся.
Полынь проросла.
Читатель дочитал, но не до шизо.
А, чего не кричишь?
И это в итоге – всё…
Про всё.
И оно не моё,
Ё.



Изображение размещено из открытых источников Интернета
© Евгений Заикин, 2026 год

Предлагаю послушать прекрасную песню и музыку:
Annie Lennox - Why (Почему?)

https://www.youtube.com/watch?v=HG7I4oniOyA

Видео размещено из открытых источников в Интернете на Youtube